Она не видела выхода. Не понимала, что происходит. Что реально, а что – нет. Во время семейного ужина тем вечером Аяана постаралась придать лицу пустое выражение, похожее на маску Нехир. Это выражение прекрасно сочеталось с черным платьем в стиле Одри Хепбёрн. За столом девушка вела светский разговор и держалась рядом с Кораем, словно тот был магнитом. У него находился ее паспорт. Как только она это допустила?

Аяана слушала рассуждения Эмирхана об экономике Греции и о войнах на ее границах. О том, что ИГИЛ[26] – очистительная сила, отражение людского выбора. Она слушала и кивала в нужных местах, поглядывая на Нехир, которая наблюдала за девушкой с заинтересованным, хищным видом и салютовала ей бокалом вина, когда их глаза встречались. А один раз мать Корая прошептала одними губами:

– Удачи.

От признания Нехир ее усилий Аяана заморгала. Ей стало трудно дышать. Теперь она знала, каково это – тонуть, глотая воду в надежде, что в легкие хлынет кислород, пока тело и душа вопят от отчаяния.

73

– Я хочу получить обратно свой паспорт.

– У меня он будет в безопасности.

– Лучше пусть полежит у меня.

– Нет, Аяана.

– Верни его.

– Нет.

– Но почему?

– Потому что, – лениво улыбнулся Корай, играя с девушкой.

Она отшатнулась, ошарашенная и напуганная бессмысленностью происходящего, испытывая отвращение от собственной беспомощности.

Аяана подкараулила момент и подняла важный для себя вопрос за ужином.

– Корай, мне нужен паспорт, чтобы чувствовать себя спокойно во время завтрашней прогулки по городу, – улыбнулась она.

– Прогулка по городу? – воскликнула Нехир. – Дорогая, со всей этой неопределенной обстановкой… Сынок, почему ты не озаботился безопасностью гостьи и не объяснил все как следует?

– В годину пертурбаций паспорта являются величайшей ценностью, – наблюдая за Аяаной, проронил Эмирхан. – Красавица моя, надеюсь, ты не чувствуешь себя в опасности здесь, с нами?

– Нет… просто…

– Значит, все решено.