112

Через несколько недель азан разнесся эхом по острову, сопровождаемый прибывшими раньше срока стрекозами, которые прилетели вместе с сентябрьским муссоном и теперь искали воду. Ветер куси промчался в сторону моря и принес с собой грозовые облака. Но так как животные вели себя спокойно, а косяки явились согласно сезону, рыбаки ничуть не встревожились.

Именно в этот день живший теперь среди них на древней, покрытой руинами земле иностранец провозгласил шахаду: Ash hadu anlla ilaha ilallah… Он обрезал волосы, принял новую веру через очистительное омовение, облачился в белые одежды и родился заново, принадлежа теперь Богу и Пате. Имам сообщил, что имя менять необязательно и можно остаться Лай Цзинем, но получил ответ, что теперь будет также Джамалом. А благодаря принадлежности к морю все звали собрата Находха – «капитан».

113

Четыре месяца спустя Мунира вместе с новообретенным мужем Зирьябом и дочерью Абирой покинули Пате и отправились в Мозамбик. Аяана неприкаянно бродила по острову, бросая на привычный пейзаж скорбные взгляды. Она ощущала пустоту в сердце от отсутствия семьи, но понимала, что не поехала бы с ними, даже если бы могла.

В доме ждал старый фотоальбом из прошлой жизни, который Мунира передала по наследству, сказав:

– Мы по-прежнему являемся тем созвездием, моя дорогая девочка.

Через семь дней Аяана вошла в море и поплыла прочь от острова вместе с отливом.

Она нырнула, отрешаясь от какофонии мира и погружаясь все глубже и глубже, ощущая, как кислорода в легких становится все меньше, пока не достигла той точки, когда проще было бы пойти ко дну, чем подняться к поверхности. Бросить вызов. Стать единым целым с морем, которое убаюкает и предложит свои бескрайние просторы.

Плыть по течению.

Дышать.

Поколению Аяаны предназначалось исследовать мир, который формировался за океаном, но она не обнаружила там ничего важного для себя, ничего, чем хотелось бы обладать. Следовало к чему-то стремиться, следовало правильно говорить, следовало мечтать о чем-то. Но чем больше девушка познавала другие способы мышления, тем лучше понимала – они не близки ей. Поэтому она вернулась в Кению, вооруженная полученными знаниями и возможностью выбирать. Например, переехать в Мозамбик.

Аяана забила ногами, начиная всплывать, обогнула дельфиний контейнер, медленно, по пузырьку выдыхая и размышляя, вернулся ли уже в родные воды заблудившийся морской лев. Наконец она вынырнула на поверхность, заметила человеческий силуэт на берегу и заморгала, пытаясь различить, кто это.