Кризис разразился в 1533 году, когда Килдэра вызвали в Англию. Ирландские политики начали связываться с теми, кто выступал против развода короля и разрыва с Римом. Килдэр искал поддержки у герцога Норфолка и графа Уилтшира, а его конкуренты обратились к Кромвелю. Даже Шапюи проявил интерес к Килдэру, поскольку Карл V рассматривал Ирландию как потенциальный рычаг против Генриха VIII. Когда Килдэр появился в Лондоне, его допросили по поводу ведения дел. К маю 1534 года «многочисленные чудовищные преступления» были доказаны, и ему запретили возвращаться в Ирландию. Затем его сына и наследника Томаса лорда Оффали («Шелковый Томас») призвали ко двору, но Килдэр предупредил, чтобы он не приезжал. Оффали выступил в Дублин с 1000 воинов, чтобы публично отречься от верности королю Генриху VIII. Поначалу он не планировал открытого восстания, но когда Килдэра отправили в Тауэр, восстание началось (июль 1534 года)[875]. Захваченный врасплох Генрих VIII мог лишь вести переговоры с мятежниками, пока не собрали армию освобождения под командованием сэра Уильяма Скеффингтона, хотя без помощи Карла V у мятежников было мало шансов на успех. Однако они контролировали большую часть Пейла и окружающих районов. Они имели значительную поддержку духовенства, которую использовали для создания впечатления, будто восстание вызвал развод Генриха VIII и его гонения на церковь. И наконец, прибытие Скеффингтона склонило молодого графа Килдэра (девятый граф умер в Тауэре в сентябре 1534 года) к вождям гэльских кланов, и восстание превратилось в нечто приближающееся к гэльской войне за независимость[876].

После того как в августе 1535 года Килдэр сложил оружие, в тюдоровской политике произошла большая перемена: делегирование власти ирландской аристократии заменили прямым правлением. Цель Кромвеля состояла в том, чтобы ассимилировать Ирландию в унитарное английское королевство под контролем наместника, который будет урожденным англичанином. Однако когда Килдэра и его сторонников объявили вне закона, осуществление этой политики потребовало опоры на постоянную армию, контролируемую из Вестминстера. Создание местного гарнизона не было преднамеренным действием, но это был единственно возможный вариант. Однако английские гарнизоны представляли угрозу для гэльской Ирландии. К тому же отношения начали разваливаться, когда корона попыталась прямо воспользоваться связями, которые прежде поддерживал Килдэр. Консенсус поменяли на конфронтацию[877].

После своего назначения в июле 1540 года английский лорд-наместник сэр Энтони Сент-Леджер попытался примирить вождей кланов с короной при помощи политики добровольного вхождения гэльских владений в полностью англизированное королевство Ирландия. Он просил вождей признать Генриха VIII своим сеньором, обратиться к короне за пожалованием им их же земель и пэрских титулов, отречься от папской юрисдикции и посещать ирландский парламент. В свою очередь, он тщетно убеждал Генриха VIII ограничить королевские амбиции, отказавшись от того, чего невозможно добиться, в обмен на стабильность и перспективу мира[878].