— Как вы красиво говорите, Далли, — сказал Фишер.

— Поцелуйте мне руку, — сказала я, — если вам действительно нравится.

Фишер галантно прикоснулся губами к моим пальцам.

— Не так! — возразила я. — Как тогда.

Фишер усмехнулся и расцеловал все десять моих пальчиков.

— Благодарю, — кивнула я. — Но вы не ответили: сон или не сон?

— Если вы настаиваете, — сказал Фишер, — я в ближайшие дни подниму все документы и представлю вам подробнейшее досье. А пока пусть это будет сон.

— А потом окажется, что досье выкрали у вас из конторы. Так? — сказала я.

— Все может быть, — сказал Фишер. — Может быть, пока мы с вами пьем кофе и рассуждаем черт знает о чем, в это время моя контора, к примеру, горит. Потому что я сомневаюсь, что кому-то понадобится выкрадывать именно эти документы.

— А Ковальскому? — спросила я.

— Зачем? — пожал плечами Фишер. — Фокус не удался. Забудем.

— Ага! — сказала я. — Значит, фокус?

— Да, — сказал Фишер. — Именно фокус. Кому-то из ваших дальних родственников до смерти захотелось вернуться в родовое имение.

— Невнятно, — сказала я. — Ну, впрочем, хватит. Вы уже признались, что это была какая-то афера. И вообще, какая глупость в наше время покупать землю, да и еще в таком опасном месте.

— Опасном? — поднял брови Фишер.

— Да-да, в бессмысленно опасном, — подтвердила я. — Артиллерийские повозки будут месить осенние дороги в этом райском уголке. Горы солдатских трупов будут валяться в перелесках. Убитые лошади со вздувшимися животами будут плавать в очаровательных речушках и прудах нашего имения. И не только нашего, я полагаю. Это случится довольно скоро. Когда деревья покроются золотом и багрянцем… Потому что карнавал закрывается, как вы сами выразились. Такой большой карнавал всегда закрывается шумно.

— Нет! — сказал Фишер. — Нет, нет и еще раз нет.

— Вы думаете, что ваше «нет» чему-то поможет? — спросила я. — Что вы своим «нет, нет, нет» сумеете заклясть беду? Вы милый человек, даже умный, но смешной. Все. Я получила ответ на свой вопрос. Теперь просьба: помните, совсем недавно я обращалась к вам с весьма экстравагантной и, как вам показалось, глупой просьбой, с безнравственной просьбой — я просила вас сделать меня мужчиной. В юридическом смысле, разумеется! — рассмеялась я. — Помните?

Фишер наморщил лоб, пожал плечами и помотал головой.

— Сменить все свидетельства и метрики, выписать мне заграничный паспорт на мужское имя, ну неужели вы не помните? Даже странно!