– Во что он играет? – снова заговорила мисс Рокко, бросив ластик на стол.

– Простите, что?

– Как вы думаете, что замышляет этот мальчик? Он пытается это скрывать, но он умен. И к тому же он весьма жестокий социальный сатирик. Он всегда писал такие работы «с фигой в кармане», или эти пародии с невозмутимым лицом – что-то новое?

– У него еще с раннего детства обостренное чувство абсурдного.

– Эти сочинения со словами из трех букв – это высший пилотаж. Скажите, есть ли хоть что-нибудь, что он не считает нелепым?

– Стрельба из лука, – печально ответила я. – И я понятия не имею, почему он от нее не устает.

– Как вы думаете, что ему в ней нравится?

Я нахмурилась.

– Он что-то видит в стреле… в фокусе… Ее целенаправленность или чувство направления. Может, он ей завидует. Когда Кевин тренируется в стрельбе по мишени, в нем есть какая-то ярость. В остальных случаях он довольно бесцельный человек.

– Миссис Качадурян, я не хочу ставить вас в затруднительное положение. Однако не случалось ли в вашей семье чего-то, о чем мне следовало бы знать? Я надеялась, что вы поможете мне понять, почему ваш сын кажется таким разгневанным.

– Как странно. Большинство учителей описывают Кевина как спокойного, даже апатичного.

– Это маска, – уверенно сказала она.

– Я в самом деле считаю его несколько непокорным…

– И бунтует он, выполняя все то, чего от него ждут. Это очень умно. Но я смотрю в его глаза и вижу, что он кипит от ярости. Почему?

– Ну, он не особо обрадовался, когда родилась его сестра… Но с тех пор прошло больше семи лет, и до ее рождения он тоже был не особо счастлив. – Мой тон становился угрюмым. – Мы достаточно состоятельны… понимаете, у нас большой дом… – Я приняла смущенный вид. – Мы стараемся не баловать его, но у него ни в чем нет недостатка. Отец Кевина его обожает – почти слишком сильно. С его сестрой прошлой зимой случилось несчастье, к которому Кевин… был причастен, но кажется, его это не слишком беспокоит. На самом деле даже недостаточно беспокоит. В остальном я не могу сказать, что он пережил какую-нибудь ужасную травму или пострадал от неких лишений. Мы ведем хорошую жизнь, так ведь?

– Может быть, именно это и вызывает его гнев.

– Почему достаток должен его злить?

– Может, он злится потому, что лучше не бывает. Ваш большой дом. Его хорошая школа. Мне кажется, детям сейчас в каком-то смысле очень трудно. Само процветание страны превратилось в бремя, в тупик. Все отлично работает, правда? По крайней мере, если вы – белый представитель среднего класса. Так что молодым людям, должно быть, часто кажется, что они не нужны. В каком-то смысле это выглядит так, будто делать больше нечего.