– Не знаю, – ответил он. – Я никогда никому не рассказывал о Джесс, даже Эйдану.

Вау. Я понятия не имела, что на это ответить, поэтому промолчала.

Джейсон встал и протянул мне свою руку.

– Пойдем, Северин может скоро приехать, – ска- зал он.

Мы вернулись в замок, продолжая нашу экскурсию, маневрируя вокруг группы туристов, которые собрались вокруг одного из сотрудников. Мы остановились ненадолго, чтобы его послушать, а затем двинулись дальше.

– Можно тебя кое о чем спросить? – произнес Джейсон, следуя за мной в комнату с бочками, которая на самом деле была бывшей темницей.

– Конечно.

– Ты его любишь?

Я с шипением выдохнула. Я знала, что могу солгать, сказать «да» и покончить со всем, что происходит между нами, но после того как он доверился мне и рассказал о своей сестре, я просто не могла так поступить с ним, даже ради общего блага.

– Когда-то любила, – ответила я. – И я думаю, что, возможно, смогу снова.

– Ты думаешь? Возможно?

– Мы не так уж много времени провели вместе, – я многозначительно посмотрела на него, и вместо того чтобы смутиться, он ухмыльнулся. Классический Найтли. Я старалась не поддаваться его обаянию.

– А тебе никогда не приходило в голову, Мартин, что ты была совсем другим человеком в тот год и влюблялась в мужчин, в которых теперешняя ты никогда бы не влюбилась?

– Весь смысл этой поездки, – возразила я, – в том, чтобы вспомнить, кем я была раньше. И та Челси была влюблена в Марчеллино Декапио. Более того, прежняя Челси мне нравилась. Она была веселой, предприимчивой и жизнерадостной, – я потерла костяшками пальцев свою грудную клетку. – Я скучаю по ней.

– Ну, я не могу с тобой спорить, потому что тогда я тебя не знал, – произнес Джейсон. Он положил руку на затылок, изучая меня из-под ресниц. – Но я могу сказать, что мне нравится Челси Мартин, которая находится здесь и сейчас. Я думаю, что она чертовски особенная.

Он повернулся и пошел прочь между огромными дубовыми бочками, которые громоздились справа и слева от прохода до самого потолка. Я смотрела ему вслед. Я ему нравилась. Почему это заставило меня трепетать, как будто я прикоснулась к чему-то редкому и ценному?

Я имею в виду, это же был Найтли. Ему все нравились. Но впервые я поняла, что нравлюсь ему как личность, и это что-то значило для меня. На самом деле это значило очень много, особенно теперь, когда я знала, что между нами столько общего. Я чувствовала, что нас многое связывает, и поняла, что он мне небезразличен. Мне было не все равно. Я не знала, что делать с этими чувствами, но не собиралась притворяться, что их не существует. Это было бы несправедливо по отношению к нам обоим.