Вместо того чтобы зацикливаться на этом поразительном осознании, я поспешила вслед за ним, держа свои мысли при себе, пока точно не пойму, что действительно чувствую. Я показала Джейсону остальную часть погреба, где хранились бочки с вином, и комнату для розлива – мою любимую, – где одна большая стальная машина разливала, закупоривала и маркировала все вино. Я любила смотреть, как бутылки выходят на линию, и часто вызывалась помочь их упаковать. Часть из них продавалась в магазине при винодельне, но еще больше отправлялось в магазины и рестораны по всей Италии.

Джейсон взял бутылку и внимательно осмотрел ее. Марчеллино не производил традиционное кьянти фиаско, которое разливали в бутылки с круглым дном, обернутые соломой. Это была обычная темно-зеленая бутылка с кремовой этикеткой. Стилизованная надпись гласила: “Castello di Luce Chianti”[87], а рядом был изображен замок, выполненный художником в светло-коричневых и розовых тонах, того же цвета, что и камень настоящего замка.

– Оно хорошее? – спросил Джейсон.

– Самое лучшее в округе, – ответила я, испытав прилив гордости. Тогда, семь лет назад, мне очень нравилось тут работать, и я действительно верила, что вино здесь было самым лучшим.

– Grazie, dolcezza, – в дверях появился Марчеллино. – Твое доверие согревает мое сердце.

Я почувствовала, что краснею. Не знаю, почему я так смутилась. Потому что Марчеллино похвалил меня в присутствии Джейсона? Или потому что Марчеллино застал меня наедине с Джейсоном? Этого не может быть. Это он предложил мне устроить Джейсону экскурсию.

– У тебя прекрасный виноградник, – сказал Джейсон Марчеллино.

– Спасибо, – Марчеллино встал рядом со мной и взял меня за руку. – Челси, я пришел узнать, не хочешь ли ты присоединиться к нам и попробовать ризерву?

Я взглянула на Джейсона и объяснила:

– Ризерва – это кьянти, выдержанное более трех лет.

– Присоединяйся к нам, Джейсон, – сказал Марчеллино. – Тебе понравится.

Джейсон выглядел слегка огорченным дружелюбием Марчеллино, но заставил себя улыбнуться и произнес:

– Было бы здорово. Спасибо.

Когда мы шли обратно по узкому коридору, нам пришлось идти гуськом, Марчеллино был во главе, а мы с Джейсоном замыкали шествие. Я слишком остро ощущала присутствие Джейсона, но старалась отгородиться от него. Он сделал это невозможным, когда наклонился вперед и прошептал мне на ухо: «Он действительно идеальный парень, не так ли?»

Я оглянулась через плечо и встретилась с ним взглядом. Я не знала, что сказать. Я верила, что есть причина, по которой из всех людей, с которыми я встречалась, и из трех мужчин, в которых я влюбилась за один год, проведенный за границей, Марчеллино был единственным, с кем я поддерживала связь. Что это была за причина, я понятия не имела, но не было никаких сомнений в том, что он был чертовски хорошим парнем.