Параноид повернулся и послушно побежал к себе. Том подошел к обрыву.

– Ну, чтобы у нас было много денег, и мы не потеряли на этом здоровье! – засмеялся Веня, и они снова с громким треском сдвинули кружки.

Солнце уже припекало, когда они, развесив на деревьях промокшие тряпки и обувь, повалились кто где и уснули жадным поспешным сном.

Полотенце

Полотенце

К обеду обеспокоенный состоянием Валикового гардероба, Том пошел к отстойникам. Он обнаружил вещи именно в таком виде, как и предполагал: присыпанные грязью и мусором, они плавали посреди вымытой потоком лужи.

– Они сгниют, Валик, – вслух сказал Том. – Все тленно, кроме твоих стихов и космического коммунизма.

Он развесил их сушиться на ветках, но затем, подумав, что их могут заметить с лестницы и непременно украдут, взял с собой, раздав по дороге каким-то волосатым и семье Параноида. Себе он оставил большое, немного потасканное махровое полотенце с изображением выходящей из моря обнаженной женщины.

– Продам в Гурзуфе и куплю хлеба, – сказал он Вене.

– Не продашь ты его. Оно старое и грязное. Это я тебе как еврей говорю, – ответил тот.

– Посмотрим, – пожал плечами Том и отправился в Гурзуф.

«Буду продавать его как коврик, – пришла ему в голову гениальная мысль. – Если как коврик, то вроде и ничего».

– Коврик! – кричал он, идя по берегу и размахивая цветастым полотенцем. – Коврик! Покупайте коврик! Задешево отдается в хорошие руки!

«В самом деле, – убеждал себя Том, – психологически куда проще топтать чужое полотенце ногами, чем вытирать им лицо».

Но ковриком почему-то никто не интересовался. Граждане обходили Тома, даже не смотря в его сторону. Так он дошел до самого конца набережной.

– Молодой человек! Что там у вас? – к нему повернулась пожилая дама.

– Коврик, – обрадованно произнес Том, разворачивая полотенце. – Почти новый, совсем неплохой.

Дама мельком глянула на рисунок.

– Это же не коврик, – укоризненно сказала она, – а просто грязное полотенце.

– Я вам предлагаю коврик. Можете использовать его как полотенце. – Пожал плечами Том.