– А где ваши? – доверительно шепнул он, шагнув навстречу Монголу и вглядываясь за его спиной в темень леса.

– Там уже стоят. – Монгол махнул куда-то головой. – Щас будут.

«Эх, надо было Тома с Глюком брать. Все же лысые! – мелькнуло в голове. – Устроили бы вместе бал-маскарад, и никого бы не нашли».

Тут он увидел, как из-за обрыва, на уровне ног Толстого, появилась еще одна голова.

– Что смотришь? Руку дай! – сказал он Монголу.

– Симфер? – опять спросил Толстый, изо всех сил вспоминая лицо Монгола.

– Пятерка, пацаны! – заговорщицки прошептал Монгол, растянув рот в улыбке, сделал еще шаг, и почти без размаха ударил Толстяка слева, в подбородок, а затем утяжеленным булыгой кулаком пробил в висок правый боковой. Глаза Толстого на миг уставились куда-то вверх, будто он увидел там что-то важное и собирался рассказать, но, как сноп, завалился на бок, в кусты.

Второго, еще не успевшего выбраться по сыпучему склону, Монгол столкнул с обрыва ногой прямо в лицо, и тут же получил удар цепью откуда-то сбоку, по ребрам. В ее конце было что-то острое, оно вспороло футболку на уровне пояса и ободрало ремень, оставив на нем глубокую рыхлую борозду. Монгол отскочил в сторону, пригнулся, и, швырнув булыжник на звук, бросился через кусты к поляне. Нога зацепилась за ветку, он споткнулся, перелетел через куст самшита, и, перекатившись через голову, оказался у очага. Ориентируясь скорее интуитивно, чем по памяти, он быстро нашел нужную тропу, в три прыжка перепрыгнул их поляну и рванул к балке.

– Пацаны, сюда! Они тут! Свет! Дай фонарь! – уже орали сзади.

Глюк был на удивление бодр.

– Пацаны, валим! Нас обошли, – одними губами сказал Монгол, тыкая пальцем в сторону поляны. – Через минуту они будут здесь.

– Я пойду туда, тропу завалю, – храбро сказал Глюк.

– За мной, – прошипел Монгол и показал ему кулак. Объяснять ситуацию времени не было.

– Ладно, ладно, иду. – Глюк миролюбиво поднял руки. И, схватив недопитую бутылку, первым рванул по склону балки.

Через секунду в дальнем конце их поляны мигнул и погас фонарик. Затем послышалась тихая ругань, утонувшая в глухом и шершавом топотании многочисленных ног. Кто-то наотмашь ударил ногой по котелку, и поляна на миг озарилась красно-оранжевым сполохом.

Монгол подобрал увесистый булыжник, швырнул его подальше в лес, и побежал за Глюком. Булыжник глухо стукнулся где-то о дерево, зашуршал в листве.

– Там! Там! – тут же послышалось из чащи.

Том рванул следом. Все трое чуть спустились в балку и, прикрываясь склоном, гуськом пробежали ее до конца, пока не уперлись в лысый склон горы. Зеленка уходила вправо, небольшим клином поднимаясь по склону. Стараясь держаться поближе к деревьям, они полезли вверх. Лес быстро кончился.