– Пацаны! Подождите, я с вами! – Откуда-то сбоку, из своего схрона судорожно карабкался Куба. Он был белый как мел. Его трясло. Глюк отдал ему бутылку.

Еще минута, и они добрались до места, где спрятали вещи. После лесной чащи здесь было совсем светло и непривычно тихо. Переводя дух, они стояли и молча смотрели вниз. Их склон, поросший лесом, был виден сверху как на ладони. В его кромешной темени мелькали желтые огоньки фонариков, хрустели ветки, слышались короткие, как выстрелы, матерные вскрики. На фоне тихого безбрежного, подсвеченного месяцем моря эта глупая суета в Зеленке выглядела мелко и совсем безобидно.

– Ишь как шарят, демоны, – прошептал Глюк. – Они, придурки, наверное на заваленную тропу наткнулись, и думают, что мы где-то в кустах, за деревьями.

Он повернулся к Монголу.

– Ты хоть ударил кого-то?

– Конечно. Я же ударник. – ухмыльнулся тот.

– Уроды! – Куба швырнул вниз бутылку.

– Ладно, харош таращиться. Как бы не обошли, – сказал Монгол, и они полезли выше, пока не увидели впереди наблюдательную вышку с прожектором. Склон здесь был более пологим, и уже через минуту они толпились около небольшого одноэтажного домика, огороженного сетчатым забором. На облупленных воротах темнели две красные звезды, выше виднелась табличка с надписью: «Объект охраняется государством. Посторонним вход воспрещен». Окна в доме не горели.

– Это и есть погранчасть? Негусто, – сказал Том.

– Эй, есть кто? – крикнул Глюк и постучал камнем по воротам. Наконец в домике послышались тяжелые шаги, зажегся свет, и на пороге появился молодой белобрысый пацан в военных штанах и тельняшке. На груди у него висел автомат.

– Служивый, переночевать пустишь?

– Вы что, с дуба рухнули? Это режимный объект, эта.

– Да что тебе, жалко? Там внизу убивают. – Глюк потряс забор.

– Не дури, эта. Постреляю, эта. – Солдат для убедительности передернул затвор.

– Здесь, наверное, только голых баб пускают, – усмехнулся Монгол.

С минуту постояв на пороге, солдат скрылся за дверью.

– Ладно, пацаны. Что-то утомил нас этот высокодуховный поселок. – Том вдруг обнаружил у себя в руке палку и с облегчением отшвырнул ее в темноту. – Завтра, правда, обещали Индейца найти. Но, видать, не судьба…

– Валим. – Монгол поддержал приятеля.

– А мы наверное тоже. Какой смысл тут ночевать? – Две лысые головы чуть качнулись в сумерках. Луна облизывала их блестящие головы. – На Верблюда пойдем, там заночуем.

– Ну, бувайте.