– Та да.

Соседки сочувственно вздохнули, а он, улыбнувшись, поспешил к себе домой.

– Знаешь, мам, душа определенно голубого цвета, как и небо, – говорил он, с аппетитом поедая суп. – А солнце – это Бог. И если Солнце не взошло, то и жить этому небу в вечной тьме. Тут все зависит от нее самой.

– Ты работу нашел? – спросила мама.

– Странное дело, – продолжал он, – раньше я чувствовал одно, и мое мировоззрение соответствовало моим чувствам. Теперь чувства изменились, и я думаю по-другому. Выходит, что те, прошлые чувства меня обманывали, а значит, они ненадежны. Но ведь и сейчас я тоже могу ошибаться! Тогда я открываю Библию, эталон истины. И я нахожу их, эти правильные, идеальные чувства. Я читаю ее, и они живут во мне какое-то время. Но когда я закрываю ее, то вскоре они уходят. Выходит, что свои чувства можно менять под определенный шаблон, подстраивать их, как гитару. Иначе всю жизнь будешь тренькать на расстроенной, а все вокруг из вежливости будут тебя терпеть. Ты-то хоть меня понимаешь?

– Я стараюсь. Ты стал другим, – отвечала мама. – Хотя чавкаешь по-прежнему.

– И вот еще знаешь что. Я теперь все вижу по-другому. У меня сейчас ответов больше, чем вопросов. Вот, например, мы разрушили зло коммунизма.

– Ты котлету будешь?

– Ты что, мам? Сейчас же пост! – вспыхнул он. – Сколько раз я говорил: не искушай меня! И не ешь при мне мясо!

– Ладно, ладно. Так что ты там говорил?

– Вот, сбила меня. Да… Вспомнил. Про коммунизм. Мы его разрушили, думая, что он и есть зло. Но когда на его место пришел капитализм, то зло никуда не делось, и даже выросло. А знаешь, почему? Потому что зло нематериально! Зло – явление метафизическое, а политическая форма устройства – всего лишь сосуд. Зло проявляется по-разному в каждой форме. Но идеальной политической формы никогда не будет, именно потому что зло – нематериально. Поэтому спасение от любой идеологии – только во Христе. Политика – это своя правда, а Христос – это Истина для всех. Христос примиряет и левых, и правых, требуя от них быть вначале людьми, а уже потом – последователями идеологии. Человек может быть добрым или злым в любой идеологической системе. Белые и красные, нацисты и коммунисты, – все смогли бы ужиться в мире, если были бы со Христом, потому что Бог выше этих различий. Представляешь? И сам панк может раскрыться, только отрешившись от всех этих земных форм и вынеся свой протест на метафизическую высоту. Юродивые – это панки Христовы! Каждый из них знает, что не победит в этой схватке, что он обречен погибнуть, но он может очистить себя от этого зла, тем самым преодолевая панк как свое несовершенство… Ты меня понимаешь?