– Их лучший игрок поступил в университет Южной Калифорнии, – сообщил мне Оливер на разминке. – Здоровый такой чувак.

Рокки – он, обливаясь потом, отжимался возле секретарского стола[218] – подкатил к нему.

– Завали хлебало, Беллоу! Нечего панику наводить.

Почти всю первую половину мы обменивались бросками, Ноах старался изо всех сил, не давал спуску противнику, но к концу третьего периода мы сильно отстали. Тот игрок, который поступил в университет Южной Калифорнии, – рост шесть футов семь дюймов, если не все шесть футов десять дюймов – как с цепи сорвался, крушил всех и вся в трехочковой зоне, в прыжке забросил с грохотом мяч в корзину поверх головы Донни, чтобы завершить период. Мы играли на своей площадке, но зрители – впервые за сезон их собралось так много – все равно ликовали, увидев, как распластанный на полу Донни моргает, явно получив сотрясение мозга. Я же перевел взгляд на Софию, она сидела с Ребеккой на верхнем ряду, и отвернулся, чтобы не смотреть ей в глаза.

Оливер это заметил.

– Забудь ты ее уже. Оба забудьте. – Оливер, все еще в тренировочном костюме, как на разминке, поглощал шоколад. – Она только жизнь людям ломает.

– В каком смысле?

– Забей. – Оливер развернул “Кит-Кат”. – Я ничего не говорил.

– Нет, серьезно. – Кто-то из “Браунсона” бросил мяч поверх головы Амира, зрители обезумели, я все пропустил. – Он… Эван тебе что-то говорил про нее? – Я нервно потянулся за мини-“Твиксом”. – Или про меня?

– Я не собираюсь в это вмешиваться.

– Просто скажи, что ты имел в виду.

– Господи, Иден. Не надо так нервничать. Вы с Эваном… ты совсем нос повесил, он бесится. Ты видел, чтобы я распускал сопли из-за Реми?

За оставшуюся минуту Ноах сократил разрыв до двух очков, вызвав недоверчивые крики радости у зрителей и поток ругательств у Рокки, который из-за перспективы победы над “Браунсоном” пребывал на грани псевдорелигиозного экстаза.

– Ну все, – сказал Рокки, собрав нас в кружок, на рубашке его не хватало трех пуговиц. – Победите – станете легендами. Девушки, памятники, должности в банках – все будет ваше. Просто дайте Ноаху мяч и не путайтесь под ногами.

На счетчике остается двадцать секунд на атаку, Донни из-за боковой бросает мяч Ноаху, все в зале, кроме Оливера и меня, вскакивают на ноги. Ноах в центре площаки, громила из “Браунстона” его стережет, время уходит. Остается пять секунд, Ноах бросается влево, проводит мяч за спиной, поворачивает направо, застав противника врасплох. Мчит вперед, прямо на громилу, ведет мяч то правой, то левой рукой, замирает у трехочковой, и под рев сирены мяч летит в кольцо.