В старших классах я стал менее одинок, начал иногда тусоваться с другими парнями из класса, и хотя у всех было достаточно денег, никто не жил так широко и роскошно, как я, к тому же у меня дома почти никогда никого не было, так что Дуглас с Тофе стали приводить своих приятелей на выходные и опустошать наш бар. Но я все еще не чувствовал себя своим в компании, не знал, как общаться с людьми, поначалу пытался накачиваться алкоголем, но мне от этого только становилось плохо и выворачивало наизнанку, так что я перешел на травку, у кого-нибудь она всегда была в запасе, я сидел на периферии праздника и курил, а через какое-то время просто отрубался.

Как-то утром она снова оказалась в квартире, среди пустых бутылок, пепельниц и коробок из-под еды навынос, пила кофе из своей обычной кружки, сидя на том же стуле у кухонного стола, что и всегда, словно никогда и не уходила.

– Не мешало бы тебе прибраться немного, – сказала она, когда я вышел в одних трусах. И как только она умудрялась заставать меня в одних трусах? – Могу помочь.

Пока мы собирали мусор, она пояснила, что пришла проверить растения. Уборщики могли немного приглядывать за цветами, поливать, убирать пожухлые листья, но, если требовалось подстричь, отрезать или посадить что-то новое, необходимо было ее присутствие. Она больше не работает в штате, как она сказала, а занимается этим как фрилансер, ландшафтный инженер. Мы немного похихикали над названием должности, я поинтересовался: «Это типа как оператор профессиональной уборки?» А она улыбнулась и сказала: «Скорее как специалист по уходу за автомобилем», – были у нас с ней свои особые шуточки, как будто мы оба поняли, что стоит за всем в этом мире.

Я натянул папин тренировочный костюм и вышел вслед за ней на террасу; весна была холодная, в одном из горшков осталось немного битого стекла, а деревянный пол лип к босым ступням из-за пролитого на него алкоголя. Мы быстренько прибрались – в основном это делала она, потом она достала из холщовой сумки пару рабочих перчаток и с любовью разложила на скамейке свои инструменты: маленькие ножнички, совки, грабельки, мешочки с семенами, длинные деревянные палочки, нечто вроде небольшого топорика. Она высадила рододендрон, повозилась немного с апельсиновым деревом, шиповником и другими растениями, не отрываясь от работы, расспрашивала, как у меня дела в школе, решил ли я, что буду делать дальше, читаю ли хоть какие-то книги или только сижу за компом и играю. Как и обычно, я реагировал на ее вопросы, вначале избегая ответов, но чем дольше продолжался допрос, тем больше жалости к себе демонстрировал я в своих ответах. Легко такой, как она, стоять и распространяться об уровне моих интеллектуальных амбиций; «Но щедрый денежный поток не приравнивается автоматически к потоку глубокомыслия, скорее, если верить моему опыту, он часто связан с поверхностностью и банальностью», – зло произнес я, а она улыбнулась и сказала: «Это, безусловно, была довольно глубокая мысль».