Только от этого Сизифу не легче.

Ни на секунду.

– …или как тебя называть? Йохан? Василий? – Тощий встает между Сизифом и экраном, закрывая Лизу, которую уже заволакивает дымом. – Откуда, кстати, это лицо?

Он бесцеремонно тыкает в щеку Сизифа.

– Оно ведь не твое? Ты не носил его ни в одной из жизней.

– Не мое. Я увидел его в книге про Сизифа – человека, который ничего не мог изменить.

– Будь ты проклят! – кричит Лиза с экрана. – Будь ты проклят!

Тощий оглядывается. Теперь Сизиф тоже видит кусочек экрана.

Этого кусочка ему достаточно, чтобы вспомнить горящий дом в российской деревне в разгар Второй мировой войны.

Вот оно, расползающееся кровавое пятно.

Вот они – разметавшиеся по снегу волосы, чуть тронутые сединой.

Вот оно – лицо с остановившимися глазами.

Ее лицо.

Лицо, которое он надеялся запомнить в его последнем воплощении.

Лицо Лизы Чайковской.

– Зачем ты сделал это? – продолжает допрос Тощий.

Он снова становится между Сизифом и экраном.

Сизиф усмехается.

В общем, он мог бы уже послать всех этих… как же Лиза их называла?

Ребята, да, точно.