– Это дяденька, который очень сильный, а искупаться боится. А для тебя я не Люська, а тетя Люда. – И, обращаясь к Гущину, посетовала: – Никак не хочет называть меня тетей.

Любопытный мальчишка не уходил. Тетя Люда перевернулась на живот и раскрыла книгу. Гущин начал прощаться. Она повела бровями, словно удивлялась, мол, смотрите, это ваше дело. Он медленно пошел, надеясь, что она окликнет его, а когда готов был признать маневр неудавшимся и хотел остановиться, чтобы сменить тактику, – все-таки услышал:

– На завтра опять солнечный день обещали, так что приходите в форме.

А это можно было считать авансом, и немаленьким.

4

4

На рыбалку уезжали в шесть часов вечера. Из подготовительных мероприятий Гущину доверили добычу червей. Собственно, он сам напросился что-нибудь сделать, и Колесников, прикинув, что экипировкой сподручнее заняться им, живущим в поселке, оставил на его заботы червей. Отказаться Гущин постеснялся, не признаваться же, что боится их. Он пообещал, но как это делается, представлял в основном теоретически, точно так же, как и плаванье по речным перекатам на плоту, о котором говорил Людмиле.

После обеда он ушел с работы. По дороге в гостиницу появилась идея поймать пацаненка и за сто граммов конфет уговорить накопать. Он даже подумал, что было бы хорошо встретить племянника новой знакомой и заодно расспросить его о тетке. Но мальчишек на улице было мало и все какие-то не подходящие для такого дела: то совсем еще крохотные, то почти подростки, которые вряд ли согласятся копаться в навозе из-за конфетки. Одного он все же окликнул, но тот подозрительно посмотрел на него и скрылся за дверью, через минуту из окна выглянула женщина, и Гущин, не дожидаясь вопросов, пошел дальше.

В квартире не оказалось ни одной банки. Он послонялся из комнаты в комнату и с тоской пошел искать на помойки. Как раз в тот момент, когда он высмотрел чистую и вместительную банку, его окликнул женский голос:

– Ты что здесь лазаешь?

– Металлолом собираю. – Гущин думал, что это Людмила застала его за таким глупым занятием, но, когда оглянулся и увидел Юлю, обрадовался: – Юленька, выручай. Колесников поручил накопать червей, а у меня ни лопаты, ни тары, и вдобавок я не знаю, где их искать.

Он просил без всякой надежды, чтобы скрыть смущение. Но, когда она согласилась и приказала идти за ней, Гущин не удивился.

Длинной улицей, пересекающей поселок из конца в конец, Юля привела его в «Шанхай». По дороге она много смеялась и здоровалась. Они остановились у добротного дома. Ворота высокого забора были рассчитаны на автомобиль, а участок между ними и дорогой – забетонирован… Гущин удивился. Мальчишеская фигурка Юли в бессменных брюках и простенькой мужской рубашке казалась случайной перед фундаментальной усадьбой. Но, погремев щеколдами, она ловко открыла дверь. В дом Гущин не пошел. Она предложила самогонки и никак не могла понять, почему он смеется. Ей непременно хотелось угостить его хотя бы квасом, и, не обращая внимания на отнекивания, убежала в дом и вернулась с ковшом. Еще не попробовав, а только поднеся ко рту, Гущин почувствовал, какой он холодный и ядреный.