И она не понимала, как отвечать, чтобы быть и честной, и понятной. Ведь в городке говорили и думали на ином языке, чем в Москве. И им всем важно было прокричать в ухо своё, приобнять, прикоснуться, постоять рядом. Да ещё притащили фотоаппарат-мыльницу и по очереди вставали рядом, чтобы запечатлеться на память.

Вокруг пестрели прилавки с товарами, в стеклянную дверь и окна терпеливо таращилась изгнанная очередь. Казалось, снимается странная многонаселённая телепередача, только публика в студии отгорожена стёклами. Вика фотографировала всё это и одновременно запихивала в Валю бутерброды, понимая, что спокойно поесть ей не дадут. А потом вдруг потащила Валю в угол, где над прилавком без звука работал маленький телевизор.

Валя подняла глаза и застыла на месте: на экране появились кадры из фильма «Лесной богатырь». Она в дурацком кокошнике набирает воду из колодца, потом будто наливает её из бутылки в стакан в студии «Берёзовой рощи», пьёт, улыбается во все зубы и через экран бегут буквы «Лесной источник» – вода на всю жизнь…».

И всё это вместе так убого, фальшиво, безвкусно, словно создатели ролика надрывались именно в эту сторону. Валя с Викой уставились друг на друга, как пережившие коллективную галлюцинацию, а люди в магазине смолкли.

– Уж стока дней на тебя любуемся! – прокомментировала соседка. – Что ж они папашу Викиного с тобой воду пить не сняли? Такой красавчик с лица!

– Но я же договор не подписывала, – растерянно прошептала Валя Вике.

– Засудим их по полной программе! – Вика решительно положила ей руку на плечо. – Реклама – это дикие бабки!

Усталость с дороги, натиск земляков, растерянность, отвращение, стыд и беспомощность отняли последние силы. Ролик нахлестал по щекам так, что они, не унимаясь, горели. Захотелось убежать, спрятаться под одеялом и никого не видеть. Или встретить Аду и Ларису, сорвать с Ларисы пристёгнутую косу и дать обеим по морде тортом, как делают в кино. И больше не возвращаться на телевидение.

– Нам пора, – сказала Валя упавшим голосом.

– Так чайку подкипятим! За хорошими конфетами в бакалею уж послали! – замахала руками директорша.

– Потом подойдём, – соврала Валя и начала двигаться к служебному выходу.

– Людей-то зачем обижать? Люди выходнющие платья надели! Что ты Аллу Пугачёву из себя строишь? – неожиданно перегородила ей дорогу соседка. – Ты тут, Валюш, выросла!

Валя не удостоила её даже взглядом, а выходя, погладила по плечу Нину, и та бросилась ей на шею, прижалась как ребёнок и всхлипнула.

– Где найти машину до Берёзовой Рощи? – спросила Валя нотариуса, как самого вменяемого в этой компании.