Рашида – другое дело. Она жила в Мумбаи и преподавала химию. Когда Ясмин было четырнадцать, Рашида целую неделю гостила в Таттон-Хилл, – прилетала на научную конференцию. Ма сгорала от нетерпения увидеть сестру, но ее визит был омрачен поведением Бабы, относившегося к Рашиде как к незваной гостье, – возможно, так с ним в свое время обходилась родня Ма. Тем не менее после ее приезда Рашида и Аниса стали чаще переписываться, и Рашида, жившая в космополитичном Мумбаи, придерживалась куда более широких и либеральных взглядов, чем Амина.

– Серьезно? – спросила Ясмин. – Отправишь Амине?

– Амине и Рашиде, обеим, – повторила Ма.

Ариф сидел на тумбочке, баюкая проснувшуюся дочь, которая пыталась вывернуться из пут. Пока что ей удалось высвободить одну ручонку.

– Апа, хочешь ее подержать? Ты еще не брала ее на руки.

– С удовольствием!

Ариф передал ей Коко, и Ясмин вдохнула неописуемо сладкий младенческий запах. Она бережно погладила теплый, деформированный, ненаглядный череп.

– Смотрите, какие длинные ноготочки! – Ма подняла внучкин крошечный кулачок. – Все будет хорошо, – шепнула она на ухо Ясмин. – У тебя тоже будет малыш.

– Возьми ее, – отозвалась Ясмин.

С тех пор как она рассказала матери о неверности Джо, та ни разу об этом не спросила. Неужели Ма считает само собой разумеющимся, что они как ни в чем не бывало сыграют свадьбу? Уж не забыла ли она, что случилось? Или ей плевать, потому что теперь ей интересно только хвастаться ребенком Арифа? Все будет хорошо. Ма любит повторять это без оглядки на обстоятельства.

– Мои подруги, дорогие, милые подруги, вот и вы. Какая несравненная радость! – В палату, с распростертыми объятиями, вплыла Гарриет. Джанин и Ла-Ла схватили ее ладони и едва ли не поцеловали кольца.

Гарриет попотчевала их анекдотом о рождении Джо: мол, она собиралась рожать дома, в родильном бассейне с гомеопатическим обезболивающим, а потом съесть плаценту, но в итоге стала вопить, чтобы ее отвезли в роддом.

Под ее чары попали все. Все, кроме Джо.

Ясмин переводила взгляд с Джо на Гарриет и обратно. Что случилось? Чем Гарриет так ему насолила?

– Так вот, вы непременно должны прийти на выставку, – говорила Гарриет. – Надеюсь, что к тому времени выйдет из печати и книга.

– Мужчины откровенничают про свои причиндалы! Пожалуй, будет познавательно, – отозвалась Джанин. – Я ни разу не спрашивала мужчин, какого они мнения о своих причинных местах. Это вроде не принято, так ведь?

– Да, – ответила Ла-Ла, – но я знавала нескольких парней, спрашивавших, какое впечатление их петушки произвели на меня!