Каталина сделала паузу и взглянула на алтарь перед собой.

– Лола была одинокой женщиной… И она не желала такой же судьбы тебе.

– А что же произошло на самом деле? Как поступил мой отец?

– Вот вопрос, на который тебе не найти ответа. Могу сказать только услышанное от твоей матери. Ведь любовную историю твоего отца и Лолы знали только они. Твоей матери было семнадцать, когда она забеременела тобой от хозяина дома. Женатый мужчина, из порядочной семьи… Представь, какой переполох это могло вызвать. На четвертом месяце беременности Лола поступила в дом матерей-одиночек, который возглавляют монахини и…

Каталина на секунду задумалась. Стоит ли выкладывать всю правду?

– Ну же, Каталина, будь искренней до конца. Хватит лжи.

– Марина, только представь себе: мать-одиночка в те времена, да еще в нашем поселке… Отец Лолы – настоящий зверь. Узнай он обо всем – забил бы ее до смерти. Лола собиралась отдать тебя на удочерение, и монахини уже нашли на Майорке богатую бездетную семью, желавшую тебя взять. Но ты же вышла из чрева Лолы, и она поведала мне, что ты совсем не плакала. Она взяла тебя на руки, а ты вдруг улыбнулась ей. Увидев ямочки на твоих пухлых щечках, она не смогла оставить тебя монахиням… Не знаю, что было дальше, но твоя бабушка Нерея решила забрать тебя в свой дом в Сон-Виде. А жена Нестора, которую ты считала своей матерью, была в бешенстве, но ей пришлось смириться. Она заставила твоего отца поклясться, что, если ты останешься в этом доме, Лолу он никогда больше не увидит. Так он и поступил.

– А Лола? Меня она тоже больше никогда не увидела?

– Видела, – с грустью сказала Каталина. – Каждое 15 августа.

– В мой день рождения? – почти шепотом спросила Марина.

– Точно. В этот день она прихорашивалась, подводила глаза и садилась у пирса Вальдемосы, чтобы понаблюдать за тобой – секунду, две… Всего-то. Она знала, что Нестор повезет тебя и Анну в порт и возьмет на свой баркас. Когда-то и Лола бывала на этой лодке – до того, как забеременела. Ну, а Лола в твой день рождения дожидалась в порту. Сидела там, пока вы втроем проходили мимо нее. – Каталина повторила: – Ради двух-трех секунд, и всё… Затем возвращалась домой с разбитым сердцем.

Марина была в смятении, словно ее мозг оказался неспособным соединить концы с концами, а разум застыл, поглощая бессвязную информацию.

– И вот что еще я хорошо запомнила. Когда ты была в ее утробе, я пошла навестить Лолу в дом матерей-одиночек. Вдвоем мы провели все утро, выбирая тебе имя, хотя и знали, что приемная семья назовет по-своему. Лола хотела дать имя повеселее, совсем не такое, как у нее, – ей оно совсем не нравилось. А поскольку мечтала сохранить и что-то свое, выбрала имя Мария. Затем решила учесть также имя твоего отца, Нестора, и, играя буквами, добавила «н». Вот так и получилось красивое имя – Марина, «женщина, рожденная в море».