Украинскую Державу представляли Ф. А. Лизогуб – глава правительства, Д. И. Дорошенко – министр иностранных дел, И. А. Кистяковский – министр внутренних дел, А. К. Ржепецкий – министр финансов и А. Ф. Рогоза (военный министр), уполномоченные подписывать акты и договоренности по всем вопросам политического, финансового, экономического и административного характера[914]. Немецкое командование направило в качестве наблюдателя принца Рейса.

Конечно, немецкие оккупанты хотели быть и действительно были в курсе переговорного процесса, чтобы не допустить непредвиденного поворота событий, преподнесения нежелательного сюрприза. И все же некоторым преувеличением представляется суждение высокого правительственного чиновника того времени Н. М. Могилянского, считавшего, что «…немцы постоянно и намеренно путали карты при переговорах Украины с Крымом, чтобы и здесь как-нибудь невзначай не было достигнуто какого-нибудь соглашения. Divide et impera (разделяй и властвуй) было их лозунгом. А русские Украины и Крыма, серьезно вообразив себя двумя государствами, вели таможенную войну между собой, будто кому-то было полезно, чтобы в Крыму гнили продукты, когда в Киеве на них стояли безумные цены. Позорная страница.»[915]

За происходящим в Киеве пристально следили и в Москве, чутко реагируя на каждый шаг переговорщиков. Сообщая читателям о развитии событий, «Правда», очевидно, пыталась информационно повлиять на позицию, прежде всего, крымчан, скрыто приветствуя их неуступчивость украинской стороне.

«По словам делегатов из Крыма, – отмечал орган ЦК РКП(б), – у них имеются инструкции отстаивать установление федеративного принципа создания Союза государств на началах, подобных союзу Баварии и Пруссии, то есть настаивать на сохранении Крымского правительства, войска, финансов, установления границ, и прочее.

Положение Крыма настолько блестяще, что слияние или союз с Украиной не диктуется ни социальными, ни экономическими условиями. Крымское правительство намерено говорить с украинским, как равный с равным, будет отстаивать те же права, что и Украина для себя.

Со стороны Украины, – продолжала далее газета, – для ведения переговоров намечены 4 министра с определенными полномочиями: настаивать на слиянии Крыма с Украиной, признание власти гетмана, предоставление Крыму автономии в виде местного самоуправления, и недопущение самостоятельного для Крыма бюджета и денежного обращения»[916].

Переговоры, начавшиеся 5 октября 1918 г., шли трудно и малопродуктивно. Крымские представители под любыми предлогами стремились уклониться от четких ответов на предложения объединения с Украиной[917]. Гетманские министры заявили о неспособности крымских делегатов проявлять волю и отражать желания всего населения полуострова, потребовали подключения к переговорам представителей основных национальных групп Крыма.