В коридоре на столе сестринского поста лежал в коробке складной ларингоскоп, который Анна Поу тогда разложила и сунула пациенту в рот, чтобы отжать вниз язык и свободной рукой ввести в горло дыхательную трубку. Это было свидетельством того, что Анна Поу пыталась спасти, а не отнять жизнь. Вопрос заключался в том, сможет ли она правильно представить это свидетельство общественности, которая, несмотря на все усилия Симмонса, через несколько дней должна была узнать ее имя.
* * *
«Сегодня вечером в эксклюзивном репортаже Си-эн-эн: гнев Всевышнего и игра в бога; обвинения в преднамеренных убийствах в эпицентре урагана «Катрина»; врач обеспокоен тем, что кто-то из его коллег совершил немыслимое». Ведущий Джон Кинг анонсировал сенсационную историю в среду в конце декабря.
В объективе камеры возникла Анджела Макманус. Ее верхние веки казались припухшими. Она говорила о своей матери, пациентке «Лайфкэр» Уильде Макманус. «Я думаю, что она умерла от сделанной ей инъекции. Хотя точно не знаю. Правда, не знаю. Я слышала, как какой-то врач говорил об эвтаназии. Да, об эвтаназии, там, в больнице. Я просто не представляю, куда мне обратиться».
Доктор Брайант Кинг заявил, что видел в вестибюле второго этажа некую женщину-врача с зажатыми в руке шприцами.
«Это была доктор Анна Поу», – перебила его репортер Дрю Гриффин, впервые назвав в эфире это имя.
«Я слышала, как она произнесла буквально следующее: «Я введу вам кое-что, от чего вам станет легче».
Гриффин зачитала заявление адвоката Поу, Рика Симмонса. «Мы совершенно уверены, что факты будут свидетельствовать о героических усилиях по спасению людей, которые предпринимали медики в отчаянной ситуации».
Анну Поу переполняли эмоции – гнев, возмущение, горе. Симмонс посоветовал ей не смотреть новости, но этот совет ничем ей не помог. Десятки репортеров звонили ей и обивали порог ее дома и больницы в Батон-Руж, куда она вышла на работу. Журналисты каким-то образом умудрились разыскать членов ее семьи. Таким образом, даже ее личная жизнь стала объектом пристального внимания чужих, незнакомых ей людей.
Репортеры серьезно досаждали Поу. По ее словам, они ее «терроризировали». Однажды один пациент больницы в Батон-Руж, подойдя к Анне, сообщил, что ее ждет посетительница, назвавшаяся представительницей фармацевтической компании. «Не думаю, что она из фармкомпании», – добавил пациент.
Поу предположила, что это очередной репортер. «Скажите ей, чтобы не мешала мне лечить больных», – сказала она пациенту. Поу не могла больше это выносить. Симмонса тоже беспокоило чрезмерное внимание к ней общественности и журналистов. Нетрудно было себе представить, что бы случилось, если бы какая-то из сделанных Анной Поу операций прошла неудачно: «А, так вы