Коллеги Ландри и Будо из реанимационного отделения Мемориала, чтобы собрать для них деньги, продавали пластмассовые браслеты и автомобильные магнитики, организовали для них доставку продуктов – словом, всячески пытались им помочь. По просьбе друзей Ландри и Будо составили подробные сметы своих расходов и раз в месяц получали из фонда поддержки деньги на оплату счетов и приобретение продуктов питания и одежды. Ландри призналась корреспонденту местной газеты «Гамбит уикли», что очень благодарна тем, кто ей помогает, но оплачивать подобным образом счета и прочие расходы для нее унизительно и странно. «Такое ощущение, что я живу не своей, а чьей-то чужой жизнью», – сказала она. Журналист, взявший интервью у обеих медсестер, написал, что во время беседы Шери Ландри несколько раз плакала.

Участники движения в поддержку медсестер делали все возможное, чтобы на банковском счету фонда постоянно имелась трехмесячная «подушка безопасности». Один особенно щедрый спонсор заявил, что если у фонда когда-нибудь возникнет нехватка средств, он будет готов ее восполнить. Медперсонал Мемориала подарил каждой медсестре 10 тысяч долларов.

Кэти Грин, общаясь с Будо и Ландри, чувствовала себя, словно на похоронах. У ее коллег то и дело резко менялось настроение. Они могли какое-то время оставаться спокойными, а потом вдруг заливались слезами, задавая один и тот же вопрос: «Почему это случилось со мной?» Лори Будо рассказала Кэти, что каждый день просыпается с одной и той же мыслью: Я могу потерять семью, мужа и детей. За то, что я находилась в больнице во время урагана и наводнения, меня могут отправить в тюрьму на всю оставшуюся жизнь. Грин была уверена, что после того, что случилось, жизнь Ландри и Будо уже никогда не будет прежней. Она видела, как тяжело приходится и им самим, и их родственникам.

В отличие от Будо и Ландри, Анна Поу работу не потеряла и постепенно снова начала оперировать, хотя привлеченные Риком Симмонсом пиарщики не спешили рассеять возникшее у многих впечатление, что ее арест лишил жителей Луизианы одного из лучших хирургов штата. Поу ограничила свою клиническую практику государственной больницей имени Эрла К. Лонга в Батон-Руж, названной в честь младшего брата губернатора Хью Лонга, который когда-то тоже занимал губернаторское кресло. Это не самое современное лечебное учреждение располагалось в двух облицованных алюминием башнях цилиндрической формы – кое-кто из медиков называл их «урнами-близнецами». Выбор Анны отчасти был продиктован опасениями Рика Симмонса по поводу возможности «легковесных исков» со стороны пациентов частных клиник. Некоторые новоорлеанские адвокаты считали – возможно, не без оснований, – что у бедных пациентов государственных больниц меньше возможностей подавать в суд на врачей.