* * *

Отец Джон Марси, больничный священник, будучи человеком предусмотрительным и осторожным, рассказал всем, кому мог, что не присутствовал при проведении эвтаназии – если таковая вообще имела место. Еще он часто повторял, что не является специалистом по биоэтике, но считает, что врачи, вынужденные принимать тяжелые решения, должны исходить из интересов пациентов и их родственников, а не своих собственных. Так или иначе, отец Марси верил, что медики Мемориала сделали для больных все, что было в их силах. И еще он верил, что Бог милостив и прощает людям их грехи.

* * *

Доктор Брайант Кинг продолжал жить вдали от Нового Орлеана, отклоняя просьбы телеканала Си-эн-эн об интервью из соображений безопасности. Один друг предупредил его, что богатые люди, пытавшиеся его дискредитировать, вполне способны заставить его замолчать и просто-напросто избавиться от него. «Ничего не говори, – посоветовал Кингу приятель. – А лучше всего тебе куда-нибудь уехать и сидеть там тише воды и ниже травы. Не высовывайся, если не хочешь, чтобы на тебя открыли охоту».

Кинг во время стихийного бедствия почти все время находился рядом с Поу. Это он дал указание прекратить уход за пациентами на втором этаже. Он считал, что Анна Поу безупречно выполняла свои обязанности. Однако позже он недоумевал, как человек, с которым у него были такие прекрасные, сердечные отношения, мог так легко поддаться чьим-то уговорам и совершить столь ужасный поступок. Любой врач, как бы он ни устал, в ответ на предложение ввести тяжелобольным людям смертельную дозу сильнодействующих препаратов должен был ответить: «Вы что, шутите? Нет, это недопустимо». Кинг много размышлял над тем, что могли сказать Анне Поу и другим медикам, чтобы убедить их умертвить пациентов. «Мы понимаем, что в обычной практике это не принято, но сейчас мы все же это сделаем, а потом притворимся, что ничего не было». Так, что ли? Нет, в это невозможно было поверить. И еще у Брайанта Кинга не укладывалось в голове то, что Анне Поу позволили продолжать работу в качестве практикующего врача.

* * *

Доктор Хорас Бальц покачал головой, услышав заявления Анны Поу на пресс-конференции. Он все еще глубоко переживал из-за эвтаназии, считая ее глубоко неэтичной и ничем не оправданной. Мысли о случившемся не давали ему покоя. Он чувствовал, что поступок Поу подорвал доверие людей к представителям медицины, являвшееся одним из краеугольных камней общества. И позиция медиков, которые всячески защищали и оправдывали Поу, лишь усиливала эту разрушительную тенденцию.