Ради экономии им пришлось урезать детям половину внеклассных занятий. Пока Кейт была на работе, Питер водил их в библиотеку, где были лего-клуб и музыкальный кружок. Как-то за ужином Молли заявила, что папу обожают ну просто всеее мамы. Питер улыбнулся Кейт, и в глазах его зажглись озорные огоньки. Почти каждый вечер после работы Кейт ждал готовый ужин. Питер стал ходить к анонимным алкоголикам и всякий раз сообщал Кейт, где будет собрание, во сколько начнется и во сколько закончится, хотя она никогда его об этом не просила. Когда Кейт приходила домой, он садился рядом с ней на диван, расспрашивал, как прошел день, и рассказывал, чем занимался, пока ее не было. Кейт спрашивала об участниках собраний и требовала пообещать, что он обязательно расскажет, если туда придет учитель Фрэнки или сенатор от их штата. Питер смеялся в ответ и говорил, что за это его отправят в тюрьму для анонимных алкоголиков.

Наконец, однажды вечером он убрал ее волосы с плеча и стал целовать, сначала в шею, потом в губы. Почувствовав, что она дрожит, он отступил, но еще долго обнимал ее и говорил, что все будет хорошо, все обязательно будет хорошо. Теперь, ложась вместе, они словно оказывались на другом берегу своей жизни, бесконечно далеком от пристани, где все началось, и Кейт снова и снова всматривалась в мерцающие огни прошлого, сравнивая его с настоящим. То, что прежде было понятно обоим, теперь требовало перевода. Питер считал, что это естественно, ведь все меняется. Меняется жизнь, и люди вместе с ней. Главное – не отставать друг от друга.

Через полтора месяца после возвращения из Нью-Джерси он надел тот же костюм, в котором ходил на слушания, и отправился на собеседование в школу.

Кейт была уверена, что все пройдет хорошо. Питер прекрасно знал историю, понимал все ее процессы и закономерности. Такой учитель станет для мальчишек настоящим подарком. Судя по всему, школьная администрация думала так же. Питера позвали на второе собеседование, а потом предложили работу. Ему еще нужно было научиться составлять учебные планы и проводить тесты, но в школе сказали, что приступать можно после рождественских каникул, одна учительница как раз уходит в декрет. Питеру на время передадут ее часы по современной истории США, а с сентября он будет вести историю Европы Нового времени. Чтобы подготовиться, оставалось целое лето. Кроме того, Питеру предложили тренировать команду по легкой атлетике. После второго собеседования Робби, завкафедрой истории, сверстник Питера, отвел его в сторонку и сообщил, что в школьные годы они встречались на соревнованиях.