— Век вас добром помнить будем, да может, когда и вам помочь чем-то сможем, — отвечали гребцы!

— Будете в нащих краях, заходите! Пириму как родиних! — кричал вдогонку купец.

После того как славяне скрылись в лесу, команда маленького судёнышка уселась на вёсла и двинулась к большой реке, а купец чуть не приплясывая ходил рядом с триремой и довольный деловито прикидывал, что можно сделать, чтобы трирему не узнали.

Трирема с воинами и три быстрых узких галеры боролись с течением, поднимаясь вверх по реке. Иногда одна из галер заходила во впадающий в реку приток и обследовала его примерно на четверть дня. Это здорово задерживало, но позволяло вести погоню, не думая, что грабители где-то спрячутся. Основной отряд в это время не останавливался, а просто двигался помедленнее, и когда отставшая галера догоняла, снова бросался вперёд со всей возможной скоростью, до следующего притока. Погоня шла по пятам похитителей, укравших богатства самого Карилиса — тестя князя Лиходола, друга логофета Варлония и любимого подданного императора. Отряд вёл сам начальник гарнизона Проскурий, а значит, этим ворам не уйти!

Проскурий расспрашивал людей на всех встречных судах, не видел ли кто уходящую вверх по течению трирему. Когда отвечали, что видели, он требовал указать где. Ему рассказывали, и тогда до этого места не нужно было заходить в притоки, что сильно ускоряло погоню.

Карилис редко уходил с палубы, озирая окрестности не хуже любого наблюдателя. Больше всего он боялся, что славяне бросят корабль и уйдут в леса, где их ни за что не догнать, но какой нормальный человек бросит такой дорогой корабль с такой кучей прекрасного товара. Хотя они же варвары и к нормальным людям не относятся.

Остановки делали только на ночёвку, где раскладывали шатёр для Карилиса и палатки для офицеров. Солдаты спали прямо у костров. Едва начинало светать, быстро варили завтрак и с восходом трогались в путь.

Каждое утро Карилис метался между людьми и подгонял всех быстрее тронуться в путь, что надоело не только солдатам, но и офицерам. Усталость понемногу брала своё, и люди ворчали, что к тому времени, когда они догонят грабителей, и драться-то не смогут.

На двенадцатый день плавания, когда отряд подошёл к землям, где могли встретиться варвары, Проскурий решил дать людям отдохнуть и велел пристать к берегу задолго до сумерек. Широкая луговина и ровный берег говорили о том, что это место не раз служило стоянкой для разных путников. Карилис тут же накинулся на него чуть не с кулаками:

— Тебя отправили догонять грабителей, а ты подло уклоняешься от своих обязанностей! Вели немедленно продолжать погоню!