— Бельчонок — сын Рыся и Любляны, и Барсук — сын Белояра и Утиславы, войдите в круг! — возгласил своим зычным голосом Родовид.

Ребята подошли и встали плечом к плечу перед Родовидом, Бравутой, Рысем, Белояром и старейшинами.

— Бельчонок, ты не побоялся пойти в дальние края, чтобы освободить родителей и Вещего Ворона, много лет помогающего нашему народу! Ты обещал спасти их или умереть. Ты выполнил обещание, данное Роду! Слава тебе и Роду твоему!

— Слава! — крикнули стоящие вокруг люди так, что птицы поднялись с деревьев.

— Барсук, — продолжил Родовид. — Ты не бросил друга в беде и отправился с ним, хотя понимал, что надежды на успех почти нет! Ты помогал ему во всём, и эта помощь приблизила победу! Слава тебе и Роду твоему!

— Слава! — снова крикнули люди.

— Завтра вы станете отроками, будете жить среди воинов и постигать воинские науки! Да будет так!

— Да будет так! — повторили все.

— Лисёна, дочь Рыся и Любляны, войди в круг! — снова провозгласил Родовид.

Лисёнка вышла, едва сдерживая себя, чтобы не бежать, и улыбаясь встала перед Родовидом, знаменитыми воинами и старейшинами, но вдруг засмущавшись опустила глаза и затеребила руками кисточки на красивом плетёном пояске. Родовид нахмурил брови и заговорил:

— Лисёна, дочь Рыся и Любляны, ты сбежала из дома без спроса и заставила нас искать тебя по всему лесу и даже в стане врагов, как будто не было у нас других дел кроме поисков маленькой непослушной девчонки! Разве не учили тебя, что нужно говорить, куда ты отправляешься? Тем более во времена, когда всем грозит страшная опасность! Отвечай!

— Говорили, — надув губы и чуть не плача от неожиданной обиды, ответила Лисёнка.

— Значит, ты достойна наказания!

— Но если б я сказала куда иду, меня бы ни за что не пустили! Сказали бы, что я маленькая, и… и… — Не справившись с собой, Лисёнка заревела.

— И нам пришлось бы придумывать что-то другое, чтобы добыть ключи у Карилиса, — поднялась Баба Яга и подошла к девчонке. Одновременно с ней придвинулись Бельчонок и Барсук, встав рядом, и в их ногах разлёгся Павлоний.

— Это уже другой разговор! — так же хмуро молвил Родовид, но Яга видела, что и он, и другие воины и старейшины в душе очень довольны Лисёнкой и винят её лишь для того, чтобы другой детворе неповадно было удирать без спроса. Они едва сдерживают на лицах суровые маски, и сейчас наступит перелом.

— А вот за то, что ты, Лисёна, дочь Рыся и Любляны, не была обузой в столь серьёзном деле, а по-настоящему помогла родичам выполнить взятое на себя дело — слава тебе и Роду твоему! — радостно прокричал Жрец.