— Если там вор, то убей его сразу, чтобы шума не было и чтобы он не успел рассказать, что в ящиках, — велела Домокла.

— Я так и сделаю, госпожа. Для этого я возьму кинжал и тяжёлый острый топор!

Все вместе они спустились в трюм и подойдя к двери остановились. Охранник привычно поднялся на палубу, Домокла осталась внизу у трапа, Павлоний встал наизготовку, а Деметрий, осторожно открыв замок, резко распахнул дверь. Павлоний бросился внутрь и вдруг зарычав, ударил топором куда-то между деревянной переборкой и ящиками:

— Ага! Попался вор! На тебе ещё! — Снова ударил в темноту.

— Что там? — вошёл Деметрий.

— Кто там? — просунулась голова Домоклы.

— Вон, идите сами гляньте, — торжествующе ответил Павлоний, освобождая место.

Деметрий и Домокла осторожно подошли и заглянули за ящики.

— Я ничего не вижу, — повернулся Деметрий.

— И я не вижу, — эхом отозвалась Домокла.

— А там и не надо ничего смотреть, — закрывая дверь, усмехнулся Павлоний. — Можете вообще закрыть глаза. Они вам скоро не понадобятся.

— Что ты несёшь, раб? Как ты смеешь? — зашипела Домокла. — Ты будешь заживо гнить в рудниках!

— Это может быть и будет, но потом, — улыбнулся Павлоний. — А пока я попытаюсь кое-кого спасти.

Он придвинул к двери один ящик, за ним другой, третий, четвёртый:

— А ты что стоишь, Деметрий? Складывай ящики к двери, чтобы сюда никто не вошёл.

— Что ты задумал? — недоверчиво спросил Деметрий.

— Давай-давай, а то время идёт, нас могут спохватиться и будут ломиться сюда!

Но видя, что тот даже не шевелится, подошёл и отвесил Деметрию такого пинка, что тот подскочил и шлёпнулся на доски.

— Если не хочешь ещё, берись за работу! — грозно придвинул лицо Павлоний.

Несчастный Деметрий вскочил и кинулся складывать ящики к двери. Работа была тяжёлая, неподъёмные ящики норовили выскочить из рук, обдирали ухоженную кожу на пальцах и ладонях. Два раза он сильно придавил палец и отбил острым углом колено. Тут он первый раз в жизни пожалел, что золота так много.