Небольшая часть белых была тогда расстреляна в Киренске партизанским трибуналом во главе с Шахурдиным: казнили полтора десятка пленных, преимущественно офицеров. По приказу Д. Е. Зверева под Усть-Кутом, в селе Морково, был осужден и тут же убит схваченный предводитель небольшого карательного отряда (10–12 человек) прапорщик Григорий Рубцов, известный массовыми порками населения и казнью семи сторонников партизан. Как писал А. А. Вимба, 23-летний «Рубцов держал себя геройски – когда его вывели на расстрел, он запел: „Вы жертвою пали…“»[1907]. О расправах крестьян с офицерами в конце 1919 года в Киренском уезде очевидец показывал: «…которых [офицеров я] знал, всех прикончили»[1908].

В воспоминаниях командира партизанского отряда Шиткинского фронта П. Д. Криволуцкого описана сначала большая бойня при уничтожении основной части белого отряда, отступавшего от станции Нижнеудинск через тайгу в Братско-Острожную волость, а потом – хладнокровная расправа над четырьмя десятками пленных, включая женщин: «Нам удалось устроить засаду на речке Чукше… <…> Банда почти полностью была уничтожена… <…> Убито на месте 300 офицеров, 11 попов, несколько денщиков и офицерских жен. Взяты в плен 16 офицеров, 5 попов, 10 денщиков и 10 офицерских жен. <…> В деревне Городище… пленные по некоторым соображениям были приговорены к смерти и расстреляны»[1909].

Очень похожий эпизод описан командиром Усольцевского коммунистического батальона Е. И. Куприным, который разбил у села Елань под Нижнеудинском отряд из 93 человек: «Офицеров было 75, а солдат 14 человек и 4 женщин офицерских жен. <…> Начальником был полковник Герасимов, он ехал совместно с женой». Мемуарист ошибочно отнес Б. А. Герасимова (1896–1970) – старшего брата будущего кинорежиссера Сергея Герасимова – и его жену к числу убитых, хотя лежавший в тифу полковник, которому партизаны проломили череп, ухитрился благодаря уходу за ним жены выжить и впоследствии стал профессиональным певцом. Куприн запомнил впечатление от бумаг супруги Герасимова, оперной певицы Инны Архиповой: «Как видно… искусство она любила, много было ее стихотворениев из разных заметок. Особенно мне помнится, на одной ее фотографической картинке было написано: „Служение искусству – ставка на жизнь“. …Читая ее разные заметки, приходилось сожалеть о ее преждевременной смерти. Возможно бы, она пригодилась и при существовании Соввласти…»[1910]

Узнав о продвигавшемся неподалеку «сильном отряде» полковника Г. В. Енборисова, Куприн велел в деревне Мото-Бадары расстрелять всех 13 пленных: «…возможно, что история меня в этом будет обвинять. Но в то время каждый бы сделал так. Я полагал, что если отряд Инбарисова в количестве 400 человек с нами повстречается, то эти пленные для нас будут обузой… могут нам многое навредить во время боя. А если хотя бы и этого не случилось, то все равно из них не было бы друзей рабочих и крестьян. А они были бы друзья атамана Семёнова или барона Унгерна. А нам они все же были бы враги… и лучше было… от них отделаться. Пусть они не существуют»[1911].