– Ты чего? – Он оглянулся, заметил полоску света в проеме двери отдаленного кабинета. Понял. – Ясно, – сказал.

– Я не…

– Ты да, – сказал Тенгиз, приближаясь. – Очень даже да.

– Прости меня, пожалуйста, – заныла я в отчаянии. – Пожалуйста, пожалуйста! Пожалуйста, не увольняйся! Ну пожалуйста, я не смогу без тебя тут жить!

– И давно ты за нами следишь?

– Я не слежу, я…

– Ты случайно пробегала по лесу и увидела разбойничий огонек, так?

– Да… Нет… – сжалась я, ожидая, что сейчас мне влетит по полной программе.

Да, я, честно говоря, надеялась, что мне влетит. Очень надеялась. Только мне суждено было разочароваться.

– Елки-палки, – сказал Тенгиз, – что же такое творится в этой Деревне? Знаешь, Комильфо, иногда мне кажется, что мне все это снится. Нормальные люди так не действуют. Нормальные люди не выясняют отношения на публике. Нормальные люди все делают по порядку, проживают жизнь как положено, не становятся поперек дороги другим. Нормальные люди воспитывают собственных детей, а не чужих.

– Ты нормальный! – выпалила я громко и уверенно. – Ты самый нормальный мадрих на свете. Ну и что, что ты немножко ненормальный. Я тебя люблю.

Впервые в жизни я произнесла эту фразу на русском языке. И она вылетела из меня без грамма усилий, сама собой, как будто была самой обычной фразой на свете, самой обыденной и повседневной, как “доброе утро” и “ма нишма?”. И никакого намерения в ней не было. Только мне самой от нее стало тепло, как будто она зажгла во мне камин.

Тенгиз щелкнул зажигалкой, и пламя высветило нижнюю часть его лица, похожую на улыбку.

– Ты уже все уроки сделала? – спросил он.

– Все, честное слово.

– Поужинала?

– Поужинала.

– Коридор и Клуб убрала? Ты сегодня дежурная.

– Все я убрала сто лет назад.

– Тогда посиди со мной.