³⁶⁴ Понятие «умиление» (κατάνυςις) синонимом термина «сокрушение» (πένθος). Данные понятия и соответствующие глаголы, восходя к Священному Писанию Ветхого и Нового Заветов, предполагают сильное эмоциональное потрясение человека, которое углубляет в его душе чувство покаяния и которое часто предполагает дар обильных слез. См.: HausherrI. Penthos. The Doctrine of compunction in the Christian East. Kalamazoo, 1982. P. 7–10. Впрочем, понятие «умиление» имеет порой и негативные смысловые ассоциации. Ср., например, у Златоустого отца, толкующего Рим. 11, 7: «Умилением же здесь [апостол] называет навык души к худшему, совершенно неисцелимый и неисправимый. И в другом месте Давид говорит: яко да воспоет Тебе слава моя, и не умилюся (Пс. 29, 13), то есть не переменюся. Как умилившийся в благочестии нелегко изменяется, так и умилившийся во зле тоже с трудом может уклониться от него, потому что умиляться — не иное что, как укрепиться и прилепиться к чему-либо» (Свт. Иоанн Златоуст. Полное собрание творений. Т. IX, кн. 2. С. 734). Обычное же аскетическое понимание «умиления» прослеживается в следующих словах: «Истинный плач, соединенный с умилением, бывает рабом человека, постоянно ему подчиненным, и имеющего оный не одолевает брань; [плач сей] заглаждает прежние согрешения и омывает скверны и постоянно именем Божиим охраняет человека, который приобрел его, изгоняет смех и рассеянность и поддерживает непрестанное сетование, ибо он есть щит, отражающий все разжженные стрелы диавольские (Еф. 6,16)» (Преподобных отцев Варсануфия Великаго и Иоанна Руководство к духовной жизни в ответах на вопрошания учеников. СПб., 1905. С. 300).

³⁶⁵ О мудрости пчел, достойной подражания, говорит и свт. Василий Великий. См.: Сет. Василий Великий. Беседы на Шестоднев, 8; Беседа 22,3 // Святитель Василий Великий. Творения. Т. 1. С. 411–412, 1057–1058.

³⁶⁶ Букв.: в жилище (εν τω οικω).

³⁶⁷ Ср. безымянный трактат «Метод священной молитвы и внимания», где говорится: «Уединившись в безмолвной келлии и обратившись [лицом] к одному углу, сделай, что говорю тебе: затвори дверь [чувств] и вознеси ум свой от всего суетного и преходящего» (Сидоров А. И. «Метод священной молитвы и внимания» и его место в традиции исихазма // Символ. 1995. № 34. С. 222).

³⁶⁸ Тема памятования о Боге является одним из ведущих лейтмотивов в святоотеческой аскетике, где это памятование является мощным орудием в духовной брани и необходимым условием духовного преуспеяния. Примечательно, что блж. Диадох в охлаждении такого памятования видит следствие грехопадения, а поэтому «мы, всегда взирая в глубину нашего сердца с непрестанным памятованием о Боге, пребываем как слепые [чувственным] зрением в этой обманолюбивой жизни. Ибо подлинно духовной философии свойственно всегда сохранять похоть очес неокрыленною» (Попов К. Блаженный Диадох (V века), епископ Фотики Древняго Эпира, и его творения. Т. 1. С. 248). Отсюда и необходимость постоянного творения молитвы Иисусовой: «Ум, когда памятованием о Боге мы заградим все его исходы, требует непременно от нас дела, долженствующего удовлетворить его влечению. Следовательно, для всецелого осуществления цели должно дать ему только Господи Иисусе, ибо никто, говорит [апостол], не называет Иисуса Господом, как только Духом Святым (1 Кор. 12, 3). Пусть он так именно рассматривает сие речение в сокровищницах своих, чтобы не уклониться ему в какие-либо мечтания. Ибо кто в глубине сердца непрестанно занимается сим святым и славным именем, тот может некогда увидеть и свет ума своего; ибо оно, с тщательною заботою сохраняемое рассудком (удерживаемое мыслью — υπο της διανοίας κρατούμενον), попаляет сильным чувством всю нечистоту в душе… Потому и Господь призывает душу к сильной любви славы своей. Ибо оное славное и многовожделенное имя, посредством памяти ума долго пребывающее в теплоте сердца, производит в нас навык совершенно любить благость Его, так как дальше нет никакого препятствия» (Попов К. Блаженный Диадох (V века), епископ Фотики Древняго Эпира, и его творения. Т. 1. С. 286–303).