Эти уходы все равно, конечно, слишком многочисленны и показывают, по меньшей мере иногда[1000], что Общество не было тогда свободно от множества слабостей. Но если мы сопоставим их с примерами героической верности, какие явили, например, узники Помбала и корсиканские изгнанники, нам придется заключить, что и в этом отношении средний уровень духовной жизни иезуитов был далек от очевидного упадка, который, кажется, подразумевало разъяснение бреве Dominus ac redemptor.

Последнее свидетельство, которое следует упомянуть в этой связи, – это позиция генерала Лоренцо Риччи и Конгрегации, избравшей его в 1758 г.

Последняя, слишком короткая и принявшая слишком мало постановлений, получила многочисленные предложения на предмет содействия ревностному соблюдению правил и стремления к совершенству в Обществе. Она ответила на них тем, что обновила декрет 22 предшествующей Конгрегации, посвященный тем же вопросам, и настоятельно потребовала от всех настоятелей бдительного внимания к самому точному соблюдению всех предписаний, связанных с духовной жизнью. И прибавила: пусть они часто напоминают своим монашествующим, что «прилежание в твердой добродетели и в совершенстве следует предпочитать всему, что Общество ставит его превыше всего и придает ему больше значения, нежели науке или же другим естественным дарам. Пусть они часто внушают им это, как и то, что благое состояние Общества всецело зависит от этой заботы о духовном. Ибо, если Бог дозволит Своим чудесным промыслом, чтобы мы претерпели испытание бедствиями, то Он не оставит тех, кто будет льнуть к Нему и хранить тесное единство между собою, и пока мы можем прибегать к Нему с сердцем чистым и искренним, у нас не будет недостатка ни в какой помощи. Пусть, наконец, они помнят о том, что совершенство монашеского ордена состоит не в обладании совершенными законами, но в том, чтобы следовать им в каждой частности нашей жизни. Посему пусть они знают, что честь и доброе имя Общества зависят от их бдительности, что их не омрачит никакая случайность, никакая беда, если, сообразно своим обязанностям, они позаботятся о том, чтобы все верно исполняли то, что им мудро приказано»[1001].

В том же духе выдержана серия волнующих писем, которые новый генерал писал своим монашествующим, по мере того как испытания накапливались, а опасности росли[1002]. 8 декабря 1759 г., сразу после выхода декретов Помбала, уничтоживших португальские провинции, он призывает монашествующих к молитве, дабы испросить сначала spiritum bonum, истинный божественный дух призвания, совершенную покорность божественной благодати. 30 ноября 1761 г., когда Францию, в свою очередь, тоже поражает буря, он вновь просит своих монашествующих хранить полное упование на Бога, находить в испытаниях пользу для очищения души, помнить о том, что они приближают ко Христу и тоже способствуют вящей славе Божией. 13 ноября 1763 г. он вновь подчеркивает необходимость молитвы и сообщения молитве вящей плодотворности посредством святой жизни, призывая, прежде всего, к смирению, к духу бедности и к совершенному послушанию, которого требовал св. Игнатий. 16 июня 1769 г., после изгнания испанских иезуитов, он вновь призывает к молитве, к ревностному очищению от малейших изъянов. Наконец, 21 февраля 1773 г., за шесть месяцев до подписания бреве «Dominus ac redemptor», в отсутствие всякой человеческой помощи, он жаждет видеть проявление милосердия Бога, призывающего тех, кого Он испытывает, полагаться только на Него. Он вновь призывает к молитве, но просит молить лишь о сохранении Общества, верного духу своего призвания: «Если не дай Боже, оно утратит свой дух, то неважно, что его упразднят, ибо оно станет бесполезно для цели, ради которой было создано». И завершает он горячим призывом сохранять во всей полноте этот дух любви, единства, послушания, терпения и евангельской простоты.