О. Жюль Летело[1216] вступил в полемику только в последней фазе споров о ежедневном причащении, но с пылом, который сыграл свою роль в принятии решения, отраженного в декрете Sacra Tridentina synodus. Прежде всего, посредством своей проповеди, сочинений, особенно своего журнала Action eucharistique, он распространял учение Святого Престола.

В этом ему в большой мере помогали, как прежде отцу Кро, многочисленные журналы, которые издавало Apostolat de la priere («Апостольство молитвы»). В сущности, во второй половине XIX в. евхаристическая деятельность Общества, как и его деятельность по распространению почитания Пресвятого Сердца, все больше и больше опирались на «Апостольство молитвы» и связанные с ним дела служения. Это сообщество апостольской молитвы, чье сотрудничество с Церковью посредством добрых дел во имя спасения душ станет одной из основных идей современной католической духовной жизни, было основано в самой скромной форме в 1844 г. в схоластикате в Валь-пре-ле-Пюи отцом Франсуа Ксавье Готреле[1217] среди иезуитов, которым он служил духовным наставником. Именно он в маленькой брошюре, вышедшей в Ле-Пюи в 1846 г., развил основополагающую идею этого движения, идею, которую о. А. Рамьер раскроет шире и ярче в своей книге Apostolat de la prière («Апостольство молитвы», 1861).

Это единение всех верующих с целью общей апостольской молитвы, как кажется, действительно стало одним из самых характерных вкладов возрожденного Общества в духовную жизнь Церкви. Идея апостольской молитвы, конечно, была не нова. Возьмем один только пример: св. Тереза непрестанно прививала ее своим дочерям. Мы нашли бы красноречивые призывы в этом смысле, опыты создания организаций с определенной апостольской целью в сочинениях иезуитских духовных авторов или миссионеров начиная с первых поколений (например, у Поссевена). Новой была, насколько можно об этом судить, мысль о включении в эту молитву множества верующих и о сосредоточении их просьб на определенной цели, о том, чтобы таким образом организовывать целые «молитвенные кампании» на благо душ вообще и о той или иной насущной духовной потребности в частности. В действительности здесь в зародыше содержались многие идеи, которые ныне наиболее сильно и глубоко вдохновляют христиан, как то причастность мирян к апостольским заботам духовенства, глубокое чувство социального характера Церкви и всего дела спасения, единство душ в мистическом теле Христа.