Глава XIII. Духовные упражнения

Мы рассмотрели индивидуальную духовность св. Игнатия как точку отсчета и первоисточник духовности Общества Иисуса, проследили затем историческое ее развитие вплоть до настоящего времени, и теперь, чтобы завершить настоящий труд, нам остается только выделить основные особенности этой духовности.

Поскольку же чаще всего иезуиты и не иезуиты, почитатели и противники просто-напросто отождествляют духовность Общества и духовность «Духовных упражнений», нам нужно, прежде всего, исследовать точный смысл этого тождества, а также его границы, то есть то, в какой мере Упражнения содержат или не содержат в себе всю духовную традицию сынов св. Игнатия.

Место «Духовных упражнений»

Место «Духовных упражнений»

В первую очередь, следует обратить внимание на ряд фактов. Во-первых, несомненно, на протяжении всей истории Общества полный курс Упражнений считался основой иезуитской формации. Так обстояло дело для первых товарищей св. Игнатия и, по крайней мере, для наиболее видных из их преемников: Поланко отметил это уже в преамбуле к своему проекту «Директории к Упражнениям»[1284]. Несомненно и то, что вскоре после этого, еще при жизни святого и в первые годы после его смерти, опросы Надаля в ходе визитаций[1285] свидетельствуют о довольно значительной неупорядоченности в способах совершения Упражнений: среди монашествующих, рассказавших ему о своей жизни, некоторые, проведя в монашестве много лет, никогда их не делали, другие совершали только первую неделю. Однако внимательное чтение этих документов производит совершенно отчетливое впечатление, что такое упущение считается как самими этими монашествующими, так и их настоятелями в высшей степени нежелательным с точки зрения монашеской подготовки и вызвано, прежде всего, трудностью и даже невозможностью совершения Упражнений в тех обстоятельствах, в каких развивалось нарождающееся Общество. Выше мы видели, что на протяжении всего этого периода внутренней организации, длившегося вплоть до Аквавивы, одна из главных забот настоятелей состояла в том, чтобы достигнуть полного исполнения программы формации, предусмотренной Конституциями для молодых иезуитов и включающей в себя полный месяц Упражнений. После Аквавивы, как только была полностью завершена организация третьего года пробации по окончании учебы, два полных курса Упражнений в период новициата и во время третьей пробации становятся общим правилом, исключения из которого никогда уже не будут многочисленными.

В период восстановления Общества блаженный Иосиф Пиньятелли открывает в 1799 г. новициат в Колорно, полученный от Святого Престола через герцога Пармского. Едва приняв первых кандидатов, он начинает внушать им стремление к Упражнениям и в самом деле вскоре дает их первой группе послушников[1286]. Также и во Франции, будучи назначен в 1814 г. настоятелем иезуитов, намеренных здесь объединиться, отец де Клоривьер, едва получив первый контингент новобранцев, торопится уже 3 января 1815 г. начать тридцатидневные Упражнения с большей частью своих новых сыновей, с «более чем тридцатью священниками», среди которых много бывших Отцов Веры (Peres de la Foi) «и почти такое же количество схоластиков и братьев-коадъюторов»[1287]. Как только прошел вышеупомянутый трудный период и при о. Ротане завершилась реорганизация нормальной подготовки молодых монашествующих, двойной курс тридцатидневных Упражнений стал выполняться регулярно. Так остается и поныне. Мы наблюдаем, что даже тогда, когда исключительные обстоятельства вынуждают настоятелей сокращать и даже вовсе отменять для некоторых иезуитов третий год пробации, они почти всегда заботятся о том, чтобы, по меньшей мере, тридцатидневные Упражнения были совершены полностью. Другое наблюдение. Декрет VI Конгрегации 1608 г. узаконил обычай ежегодных восьмидневных Упражнений, которые молодые монашествующие до рукоположения во священство совершали под руководством опытного отца, дававшего им материал для размышлений и созерцаний. С тех пор эти Упражнения стали в действительности одним из главных средств духовной подготовки. Таким образом молодые монашествующие получали подготовку в рамках Упражнений, что могло соблюдаться строже или мягче, но в любом случае освежало в памяти основные темы книги св. Игнатия. В сущности, уже в 1616 г. VII Конгрегация, обновляя декрет 1608 г. и настаивая на том, что упражнения должны совершаться в полном сосредоточении, уточняет, что необходимо «сохранять соотношение и метод, которые обыкновенно соблюдаются, когда Упражнения совершаются целиком». И в своей кодификации 1923 г. XXVII Конгрегация сохранит ту же формулировку, добавив лишь ссылку на главу «Директории», где объясняется, как давать Упражнения монашествующим Общества[1288]. Вне всякого сомнения, это регулярное возвращение, на протяжении всей формации, а также после нее, к тексту Упражнений, к их основным рассуждениям, к принципам, развернутым в их советах и правилах, в конце концов оставит очень заметный след в духовной жизни иезуита. В ней будут иметь большое значение сверхъестественные истины, которые образуют костяк Упражнений и становятся, тем самым, одновременно основополагающей нормой и движущей силой этой духовной жизни.