Рассмотрим структуру пророчества Даниила, разделив его на юбилеи. Первые семь седмин, то есть один полный юбилей, проходит от провозглашения пророчества Иеремии до освобождения из вавилонского плена и построения второго Храма – соответственно, десять полных юбилеев принесут не предварительное, а полное и окончательное Избавление. В нашем толковании окончанию этого юбилея соответствует явление Йехуды ха-Наси и успешное возрождение еврейской жизни в Земле Израиля. Окончательное избавление должно наступить после десятого юбилея, символизирующего достижение конечной полноты принципов юбилейного года. Именно тогда должны исполниться обетования, о которых говорится в Дан 9, 24: установление «правды вечной», исполнение пророческих видений и помазание «святая святых». Символизм юбилейного года предполагает, что именно тогда народ Израиля освободится от рабства и вернется во владение своей страной – и этот момент станет исполнением пророчества Иеремии о конце изгнания.

Очевидно, что ничего подобного в 620 году, когда завершается период семидесяти седмин, отсчитанных от 130 года, не произошло. Возвращение евреев в свою страну, которое может быть сопоставлено с событиями юбилейного года, произошло намного позже – в XX веке. Однако мы имеем все основания утверждать, что именно это событие стало буквальным исполнением предсказаний Дан 9, 24 и завершением срока 70 седмин. Чтобы продемонстрировать это мы обратимся к двум принципам пророческой интерпретации – «символической интерпретации» 70 седмин и уже известному читателю принципу «день за год».

Как мы уже отмечали выше, сторонники символической интерпретации 70 седмин полагают, что этот период не может быть ограничен буквальными 490 годами – в их толкованиях он растягивается с эпохи древности вплоть до эсхатологических событий и Второго пришествия Христа. Одним из важнейших оснований подобного взгляда является тот факт, что окончание 70 седмин должно быть ознаменовано наступлением грандиозных событий мессианского значения, которые будут реализацией обетований Дан 9, 24. По сути, мы видим здесь попытку отказаться от всяких привязок к исторической хронологии ради того, чтобы сделать толкование адекватным смыслу пророчества о 70 седминах в контексте всей книги Даниила и библейской эсхатологии. В символических толкованиях 70 седмин в разных пропорциях сочетаются историцистский и футуристский подход к библейской интерпретации. Если позиция таких экзегетов как К. Кейль и Г. Леупольд, относящих все события последней седмины ко временам антихриста, скорее может быть названа футуристской, то взгляды Дж. Болдуин и Т. Насса, начинающих отсчет последней седмины от распятия Христа, скорее тяготеют к историцизму. Наибольший интерес, по нашему мнению, представляет концепция Т. Насса. Он излагает ее следующим образом: «Можно представить 70 седмин как символический срок. Отторжение Мессии после 69 седмин может указывать на распятие. Своим распятием Мессия утвердил Новый Завет благодати, который будет действителен всю новозаветную эру (последняя сед-мина). В середине последней седмины истории человечества храмовые жертвы прекратятся, когда в 70 году будет разрушен Храм. От 70 года до Судного дня мы находимся в последних “трех с половиной годах”, когда антихрист будет преследовать Церковь <…> Достоинством этой интерпретации является то, что она стремится интегрировать 70 седмин с другими пророчествами Даниила и Откровения, которые говорят о 42 месяцах/ 3 с половиной годах/1260 днях. Мы пониманием 42 месяца как указание на всю новозаветную эру, когда Церковь будет преследоваться дьяволом и антихристом. Почему бы не истолковать половину последней седмины Даниила таким же образом?»[706].