– Да.

– Повтори, я не расслышал.

– Я знаю, где спрятан кейс, – произнес Авдотьев.

– Кейс с деньгами?

– Замки сломаны, – коротко ответил Авдотьев и отвел глаза в сторону. – Что внутри не могу сказать…

– Не можешь сказать потому что не знаешь, или, мать твою, не можешь сказать потому что что-то темнишь? Я знаю, ты никогда не врешь, Коленька, это против твоей веры. Скажи мне, что я прав.

– Вы правы, я не вру.

И тут Константин Олегович взорвался.

– Тогда какого черта ты молчал, мать твою!!! Какого черта ты, мать твою перемать, молчал? Я вытрясу из тебя всю никчемную душонку, ты, калека недоделанный, если ты, мать твою, не ответишь мне еще на один простой вопрос. Почему ты молчал все это время, мать твою!!?

– Константин Олегович, – вмешался Нилепин, – отпустите его.

– Пусть ответит! Пусть, мать его, отвтит!!!

– Из-за них, – заговорил старик Авдотьев, – из-за этих денег все зло! Все из-за денег. Деньги – первопричина всего зла на этои свете. Я не хотел, чтобы они достались кому-нибудь из вас. Это ведь украденные деньги. Вы все потеряли своего Бога. Все. Одумайтесь. Оставьте деньги тем, кому они принадлежат…

– Показывай! Показывай, мать твою, где кейс и избавь меня от своих тухлых нравоучений!

– Он в слесарке, я случайно его нашел, – ответил Авдотьев и за это был поставлен на пол. Соломонов даже пригладил его грязную засаленную телогрейку избавляя ее от складочек и мятин. Потом он взял своей рукой как крюком Авдотьева за шиворот и пошел с ним в сторону слесарки.

14:50 – 15:20

Нилепин конечно же поспешил за ними, хотя его никто не звал, но неужели он останеться наедине с тремя мертвецами когда в стороне от него Соломонов будет загребать деньги в одну харю. Конечно Лева не мог не пойти в слесарку. Они втроем оставили место трагедии, где нашли свою кончину сразу трое человек. Двигаясь к слесарке, они миновали несколько станков и вышли к кошмарному месту, ранее никем из них не виданному. Автопогрузчик наехал на человека в форме охранника и подмял того под свое колесо.

Нилепин обмер.

Авдотьев по обезьяньи присел на корячки.