– У них там стража, Брак. Я бы с такого места точно не ушел. И уж позаботился бы, чтобы мне платили. А шлюхи только радовались бы, если бы их защищал сильный мужчина. Что нам нужно, так это какая-нибудь одинокая женушка с парой миленьких дочерей. Предложим присмотреть за ними, пока муж в отлучке.

– Тогда я первый. В прошлый раз мне толком и не досталось.

– Ей хватило меня. После меня женщина другого не хочет. – Слова эти сопровождались грубым смехом, и Александрия вздрогнула, когда они отошли.

Услышав за спиной легкие шаги, она подняла молоток и повернулась.

– Все хорошо, это я, – успокоила ее Метелла. Женщина слышала последние реплики грабителей, и в ее глазах стояли слезы.

– Уверена?

– Да, Александрия, но тебе придется бежать. Если ты останешься здесь, будет только хуже. Сулла – мстительный человек, и тебе не стоит попадаться ему под горячую руку. Уходи, найди Таббика. Бумага, которую я подписала, при тебе?

– Да, это самое дорогое, что у меня есть.

– Береги ее. Следующие несколько месяцев тебе придется нелегко. Это доказательство, что ты свободная женщина. Вложи куда-нибудь те деньги, что Гай тебе оставил, и пережди в безопасном месте, пока все не успокоится.

– Я хотела бы поблагодарить его.

– Надеюсь, однажды у тебя будет такая возможность. – Метелла подошла к решетчатым створкам ворот, открыла их и огляделась.

– А теперь иди. Быстрее. Пока улица свободна. Иди к рынку и ни в коем случае не останавливайся, поняла?

Александрия сдержанно кивнула – после увиденного и услышанного объяснения уже не требовались. Она посмотрела в темные глаза Метеллы, и ей стало страшно.

– Я боюсь за тебя, госпожа. Ты остаешься совсем одна в этом огромном доме. Кто присмотрит за тобой, когда все уйдут?

Метелла остановила ее мягким жестом:

– Не бойся за меня, Александрия. У меня есть друзья, которые увезут меня. Я найду убежище в чужих краях, вдалеке от всех интриг и забот растущего города. Мне по душе древние страны, где все тревоги и волнения юности – всего лишь далекое воспоминание. Держись главной улицы. Я не успокоюсь, пока последний член моей семьи не окажется в безопасности.

Александрия еще секунду смотрела на нее блестящими от слез глазами. Потом кивнула, вышла за ворота и, плотно закрыв их за собой, поспешила прочь.

Метелла проводила ее взглядом. Легкие шаги юной девушки отзывались в ней памятью о прожитых годах. Она завидовала молодым, их способности начинать жизнь заново, не оглядываясь назад. Метелла не выпускала Александрию из виду, пока та не завернула за угол, а потом повернулась к своему дому, где уже гуляло эхо. И огромное здание, и сады наконец опустели.