– Заверни тело Мария и положи в тень попрохладней, – приказал Сулла стоявшему неподалеку легионеру. – Не знаю, когда я освобожусь, чтобы устроить достойные похороны.

Внезапно в них полетели стрелы. Наблюдая с интересом за дугой полета, Сулла решил, что стрелки затаились за две-три улицы от них. Хорошо бы в этом районе оказалось несколько его четверок. Падая, черные стрелы ударялись о камни внутреннего двора, который Сулла использовал в качестве временного командного пункта. Один гонец упал со стрелой в груди, а второй закричал, хотя его, похоже, не задело. Сулла нахмурился.

– Стража! Отведите куда-нибудь этого гонца и всыпьте ему хорошенько. Римляне не кричат и не лишаются чувств при виде крови. И чтобы, когда вернетесь, я увидел кровь у него на спине.

Охранник кивнул, и гонец молча дал себя увести, опасаясь, как бы наказание не ужесточили.

К Сулле подбежал центурион:

– Район за нами. Дать сигнал медленно продвигаться вперед?

Сулла пристально посмотрел на него:

– Мне это не нравится. Дать сигнал к наступлению. Остальные пусть догоняют как могут.

– Но противник ударит с флангов! – запинаясь, возразил центурион.

– Еще раз поставишь под сомнение мой приказ во время боя, и я прикажу казнить тебя как обычного преступника.

Центурион побледнел и резко повернулся, чтобы отдать приказ.

Сулла скрипнул зубами. Как бы он хотел встретиться с врагом в открытом поле. Уличные бои невидимы и жестоки. Люди в укромных переулках кромсают друг друга мечами. Где славные атаки? Где грозный звон металла? Но он будет терпелив и в конце концов перемелет их.

Он услышал звук сигнального рожка. Кровь уже бурлила в жилах в предвкушении схватки. Пусть попробуют напасть с флангов – его четверки ударят им с тыла.

Сулла почувствовал запах дыма в воздухе; языки пламени вырывались из высоких окон дома впереди. Крики перекрывали лязг оружия, и отчаявшиеся люди карабкались на каменные уступы – в тридцати, сорока футах над развернувшейся внизу схваткой. Они разобьются о камни. Сулла видел, как какая-то женщина оступилась и упала вниз головой на мостовую, где и замерла, похожая на сломанную куклу.

Еще одна улица, за ней другая.

– Вперед! – крикнул он, и сердце забилось быстрее.

Орсо Ферито расстелил карту Рима на массивном деревянном столе и обвел глазами лица центурионов Первородного.

– Вот эта линия обозначает территорию, которую контролирует Сулла. Его силы растянуты и уязвимы для атаки на узком участке почти по всей линии. Предлагаю одновременно атаковать здесь… и здесь.

Он указал на карте две точки и посмотрел на остальных, тоже усталых и грязных. За последние три дня большинству не удавалось поспать больше часа или двух кряду, и теперь легионеры Первородного едва держались на ногах.