– Ты сказал, что у тебя есть какие-то сведения. С самого начала было ясно, что подвижные группы нанесут лишь ограниченный урон. Я надеялся посеять страх и хаос, но, похоже, солдаты Мария сохранили подобие дисциплины. Судя по всему, командование принял один из его заместителей. В ближайшее время он попытается нанести ответный удар. Твои люди видели признаки этого?

– Да. Сейчас противник занимается перегруппировкой. Не знаю, где и когда они нападут, но прорваться попытаются.

– Что ж, восьмидесяти жизней эти сведения не стоили, хотя польза есть. Идите к лекарям. Центурион! – Сулла резко окликнул легионера, стоявшего неподалеку. – Всех на баррикады. Противник будет прорываться. Утрой количество солдат в линии.

Центурион кивнул и подал знак посыльным, чтобы они передали приказ на передовые позиции. Внезапно небо почернело от стрел, жалящего, гудящего роя смерти. Сжав кулаки, Сулла смотрел, как они падают. Люди вокруг него бросились на землю, но он остался стоять. Стрелы сыпались дождем вокруг, но он был цел и невредим и смеялся над суетящимися поблизости. Один легионер стоял на коленях, вытаскивая стрелу из груди, и изо рта у него текла кровь. Двое других неподвижно смотрели в небо стеклянными глазами.

– Хорошее предзнаменование, ты так не думаешь? – сказал Сулла, все еще улыбаясь. Впереди, где-то в городе, трижды коротко протрубил рожок, и ему ответили сотни людских глоток. Сулла услышал имя, заглушившее шум боя, и его уверенность на миг пошатнулась.

– Марий! – взревел Первородный, бросаясь в атаку.

Глава 32

Александрия постучала в дверь маленькой ювелирной лавки. Должен же там кто-то быть! Конечно, хозяин мог уехать из города, как это сделали многие другие. Она вдруг подумала, что стуком только привлекает к себе внимание, и побледнела. Неподалеку на улице что-то скрипнуло, как будто открылась дверь.

– Таббик! Это я, Александрия! Боги, да открывай же! – Она устало уронила руку. Поблизости раздались крики, и сердце бешено заколотилось. – Ну же, давай.

В следующий момент дверь распахнулась, и перед ней предстал Таббик с топором в руке. Увидев Александрию, он облегченно выдохнул.

– Заходи, девочка. Сегодня зверье вырвалось на свободу. – Он посмотрел влево-вправо. Улица выглядела пустынной, но он чувствовал на себе чьи-то взгляды.

Едва переступив порог, Александрия ощутила слабость в ногах.

– Метелла… она послала меня… Она…

– Успокойся, девочка. Расскажешь потом. Жена с детьми наверху накрывают на стол. Ступай к ним. Здесь тебе нечего бояться.

Она остановилась и повернулась к нему, не в силах промолчать.