– Ну нет, я не согласен! – возражает Сеффолк. – Король наверняка захочет спасти своего дядю, в чем бы мы его ни обвиняли. И есть опасность, что народ тоже этого захочет и взбунтуется против приговора. Пока что все обвинения слишком легковесны для смертной казни, у нас вообще ничего нет, кроме подозрений.
– Так вы что, не хотите его смерти? – спрашивает герцог Йорк.
– Ах, Йорк, никто на свете не хочет его смерти сильнее, чем я, – признается Сеффолк.
«А уж я-то как хочу! В сто раз сильнее, чем ты», – думает Йорк и громко произносит:
– Лорд-кардинал, лорд Сеффолк, давайте без обиняков выскажем свое мнение: вам не кажется, что оставить Хамфри Глостера на посту протектора – это то же самое, что заставить голодного орла охранять цыпленка?
– Бедный цыпленок, – усмехается Маргарита. – При таком раскладе ему не жить.
– Вот именно, – с готовностью поддакивает Сеффолк. – Глостер – заклятый враг нашему королю, это очевидно. И пусть он умрет, пока не натворил бед. Как его убить, каким способом – значения не имеет, главное, чтобы он умер.
Стало быть, позиция Сеффолка в сухом остатке выглядит так: приговор к смертной казни может не прокатить и повлечет за собой негативные последствия, но умереть герцог Глостер должен обязательно и любым путем.
Маргарита весьма довольна выступлением Сеффолка и хвалит его:
–
– Смело сказать – не фокус, нужно смело сделать, – отвечает Сеффолк. – Я на все пойду, чтобы спасти нашего монарха. Скажете убить – убью врага, скажете стать духовником короля – приму сан.
Кардинал Бофор оценил сентенцию и отвечает с изрядной долей юмора:
– Только хотелось бы, чтобы Глостер умер раньше, чем вы примете священный сан. Я тоже пекусь о благе государя, поэтому если вы даете добро – я берусь найти исполнителя.
Сеффолк протягивает кардиналу руку в знак того, что договор скреплен.
– Присоединяюсь, – говорит королева Маргарита.
– И я, – отзывается герцог Йоркский. – И коль уж мы втроем так решили, то нам плевать, если кто будет не согласен.
– Нужно принимать меры, – озабоченно произносит кардинал. – Какие будут мнения?
– Давайте пошлем туда регентом нашего Сомерсета, – предлагает Йорк. – Он так преуспел во Франции, что наверняка сможет решить проблемы в Ирландии.
Сомерсету, ясен пень, такая идея совсем не по вкусу.
– Да Йорк со своей гнилой политикой не смог бы продержаться во Франции столько времени, сколько смог я, – злобно огрызается он.
Стало быть, Сомерсет появился в начале сцены, доложил о полном провале своего регентства во Франции, да так и остался, никуда не ушел. Выходит, весь разговор о планировании убийства герцога Глостера происходил в его присутствии. Почему же его не привлекли к обсуждению? Почему он молчал и никак не участвовал в составлении заговора? Ему, ярому противнику Глостера, это вдруг стало не интересно? Или он прятался в уголке и подслушивал, а остальные его не видели? Да нет, такой вариант не проходит, ведь в данный момент он включился в беседу, его кандидатуру для поездки в Ирландию не просто так назвали, то есть его видят, знают, что он здесь. Впечатление такое, что короткий эпизод с выбором полководца для разборок с Ирландией на скорую руку вставлен в ранее написанный текст сцены, а автору просто недосуг (или лень) было проверить, сходится ли перечень участников заговора с перечнем участников разговора.
– Ну да, ты продержался, а каков итог? Ты потерял все наши французские завоевания. И ты считаешь, что это победа? А покажи-ка свои раны! Что, их нет? Какая же это победа, если ты ни разу не ранен? – с негодованием отвечает Йорк.
– Милорды, не ссорьтесь, – вмешивается Маргарита. – Если бы регентом во Франции был Йорк, дела могли бы обернуться куда хуже.
– Да куда ж еще хуже-то?! – взрывается Йорк.
– Вот и покажите свою доблесть, поезжайте в Ирландию и усмирите там мятеж, – елейно подсказывает кардинал.
– Если государю так угодно, поеду.
– А государь сделает, что мы ему скажем, – заявляет Сеффолк. – Давайте, Йорк, беритесь за дело.
– Отлично. Доставьте мне солдат, а я пока займусь своими делами.
Сеффолк дает обещание позаботиться о солдатах для ирландского похода и предлагает вернуться к вопросу о герцоге Глостере.
– Да тут нечего больше обсуждать, – говорит кардинал. – Я все устрою, и больше герцог нас не потревожит. Можем расходиться. Лорд Сеффолк, пойдемте, нужно поговорить.
На прощание Йорк напоминает Сеффолку, что через десять дней будет в Бристоле ожидать обещанную армию для наведения порядка в Ирландии.
– Все будет исполнено, лорд Йорк, – заверяет его Сеффолк.
Уходят все, кроме Йорка, который остается на сцене, чтобы в очередной раз поделиться со зрителями своими соображениями. Как выясняется, у герцога Йоркского созрел коварный план, и инициатива зловредного кардинала Бофора услать Йорка подальше в Ирландию играет нашему Ричарду Плантагенету только на руку: теперь в его распоряжении окажутся войска, которых у него не было. И пока он с этими приданными силами будет находиться в Ирландии, в Англии начнет осуществляться тайная операция, суть которой в следующем: есть доверенный человек по имени Джон Кед, ловкий и опытный разведчик, храбрый воин, обладающий лидерскими качествами и уже показавший себя верным и преданным Йорку. Этот Джон Кед назовется Джоном Мортимером, реальным человеком, который уже умер. Но народ-то о его смерти не знает, и для обычного обывателя «Джон Мортимер» будет означать, что носитель этого имени является членом семьи Мортимеров. Той самой семьи, к которой принадлежит и герцог Йоркский. Членов семьи народ в лицо не знает, а фамилия-то на слуху, и всем известно, что она королевская. Замысел герцога состоит в том, чтобы псевдо-Мортимер потихоньку поднимал в народе смуту, а заодно и агитпропом занимался и выяснял, насколько население готово поддерживать Йорка как представителя Мортимеров в его претензиях на престол. Как только смута наберет обороты, Йорк заявится в Англию во главе армии, которую столь неосмотрительно предоставит в его распоряжение Сеффолк. Кед – человек проверенный и надежный, и даже если в случае неудачи его схватят, он и под пытками не признается и не назовет имени того, кто его подстрекал и нанял. А уж если восстание окажется успешным и короля свергнут, то в отсутствие Хамфри Глостера первым претендентом на трон станет Ричард Плантагенет, герцог Йоркский.
Что касается восстания Джона Кеда, назвавшегося Джоном Мортимером, – все чистая правда, так оно и было. Однако прямая причастность к нему герцога Йоркского остается под вопросом.
И не забываем, что перед тем, как покинуть сцену, кардинал Бофор выразил намерение о чем-то приватно побеседовать с Сеффолком. Видимо, эта парочка затевает очередную каверзу.
Сцена 2 Бери-Сент-Эдмондс. Покой во дворце
Сцена 2
Бери-Сент-Эдмондс. Покой во дворце
Входят поспешно несколько убийц.
– Беги к милорду Сеффолку, скажи, что мы спровадили Хамфри, как он велел, – распоряжается Первый убийца.
Первого убийцу нам представляют как человека хладнокровного и циничного, в отличие от Второго, который в ужасе от содеянного:
– Что мы наделали! Ты когда-нибудь видел, чтобы жертва умирала с таким блаженным спокойствием?
Судя по этой реплике, заказов сия компания выполнила за свою карьеру немало. Всякого навидались.
Первый убийца не успевает ответить, потому что входит Сеффолк.
– Ну что, сделали дело? – деловито спрашивает он.
– Не беспокойтесь, помер, как заказывали, – отвечает Первый.
– Вот и молодцы. Идите ко мне домой, ждите, я приду и выдам вам награду за работу. Ступайте прочь.
Убийцы уходят. Трубы. Входят король Генрих, королева Маргарита, кардинал Бофорт, Сомерсет, лорды и другие.
Король велит позвать Глостера:
– Пусть поскорее придет, мы хотим проверить, так ли он виновен, как утверждают.
Сеффолк вызывается сходить за Хамфри Глостером.
– Займите свои места, лорды, – продолжает Генрих. – И прошу вас избегать поспешных и суровых решений. Изрекайте приговор только тогда, когда все обстоятельства будут очевидны и доказаны.
– Не дай бог вынести знатному лорду несправедливый приговор! Хорошо бы, чтобы все подозрения в его адрес оказались развеяны, – лицемерно воркует Маргарита Анжуйская.
Король благодарит супругу за добрые намерения, и в это время возвращается Сеффолк, изображая потрясение.
– Что случилось? – встревоженно спрашивает Генрих. – Почему ты такой бледный? Почему дрожишь?
– Ваше величество, герцог Глостер найден мертвым в своей постели.
Маргарита и кардинал делают вид, что пришли в ужас, а