Ричард и Эдуард с энтузиазмом откликаются на предложение Уорика, они надеются на него, доверяют ему.

– Ты был всего лишь графом Марчем, теперь ты унаследовал титул отца и стал герцогом Йоркским, – обращается Уорик к Эдуарду. – Следующий шаг – английский престол. Ты будешь провозглашен королем во всех городах и поселках, через которые пройдет наша армия. А кто не согласен – тот поплатится головой. Итак, король Эдуард, брат Монтегю и кузен Ричард, вперед! За дело!

Братья Йорки радуются и рвутся в бой, но тут входит гонец.

– Я от герцога Норфолка. Он велел вам сказать, что королева с мощным войском уже близко, и просил приехать на совещание.

– Отлично! – говорит Уорик. – Вперед, храбрые бойцы!

Сцена 2 Перед Йорком

Сцена 2

Перед Йорком

Трубы. Входят король Генрих, королева Маргарита, принц Уэльский, Клиффорд и Нортемберленд с барабанным боем и трубами.

Трубы.

Входят король Генрих, королева Маргарита, принц Уэльский, Клиффорд и Нортемберленд с барабанным боем и трубами.

Маргарита приветствует короля и показывает ему голову Йорка, торчащую на воротах.

– Смотрите, какое приятное зрелище, – говорит она Генриху.

– Ничего приятного, – отвечает король. – Зрелище гнетущее. Получается, что я нарушил клятву, хоть и не хотел этого.

Так, давайте разбираться, что к чему. В сражении при Сент-Олбенсе Маргарита победила и снова воссоединилась со своим супругом, который пришел с армией Уорика. Теперь она привезла Генриха в Йорк и хвастается головой герцога Йоркского, которого убила после битвы при Уэйкфилде. Правильно же? В то же время гонец сообщает Уорику, который находится в Мортимерс-Кроссе (у Шекспира эта местность называется «Крест Мортимера»), что войска Маргариты совсем близко, и зовет его на совещание к Норфолку. Оставим в покое реальные исторические факты, поскольку они, мягко говоря, мало соотносятся с тем, что придумал Шекспир, и попытаемся воссоздать хотя бы логику автора, чтобы отчетливо понимать ход событий в пьесе. Картина получается примерно следующая: после разгрома врагов-йоркистов при Сент-Олбенсе королева повела короля и свое войско в Йорк. Когда они проходили мимо Мортимерс-Кросса, их заметили разведчики Норфолка, один из которых и призвал Уорика и сыновей Йорка на военный совет. Маргарита, не зная, что пока еще не сформированное войско противника находится в шаговой доступности и легко может быть разгромлено, проходит мимо и двигается в сторону Йорка. Но если взглянуть на карту, то получается как-то не очень. Сент-Олбенс расположен неподалеку от Лондона, на юге страны, чтобы попасть в Йорк, нужно двигаться строго на север от Лондона, причем очень далеко, около 300 км. Мортимерс-Кросс расположен у самой границы с Уэльсом, к северо-западу от Лондона. Чтобы по дороге из Сент-Олбенса до Йорка заглянуть еще и в район Мортимерс-Кросса, придется сделать изрядный крюк километров в двести. Для чего? Что армия Маргариты там забыла? Понятно, что Шекспир пытается оперировать фактами, имевшими место в действительности, просто переставляет их во времени по своему усмотрению, но на карту при этом посмотреть забывает.

Стоят, значит, король с королевой у ворот города Йорка, смотрят на мертвую голову. Королева – с радостью, король – с печалью.

– Ваше величество, жалость к врагу здесь неуместна, – говорит Клиффорд. – Йорк хотел захватить ваш трон, после него королем стал бы его сын. А как же ваш сын? Он ведь ничего не получит, потому что вы согласились подписать тот договор. Даже дикий зверь защищает свое потомство невзирая на то, что противник многократно сильнее. А вы готовы лишить своего сына всего? Неужели вам не будет стыдно, когда ваш сын скажет вашему внуку: «Мой отец по глупости отдал все, что с таким трудом приобретали мои дед и прадед». Посмотрите на своего сына! Неужели вы не хотите сберечь для него корону?

– Красиво говоришь, сразу видно – опытный оратор, – отвечает Генрих. – А ты никогда не слышал, что неправедно нажитое не идет впрок? Лучше я оставлю сыну в наследство добрые дела. Я бы, например, только радовался, если бы мой отец оставил мне именно такое наследие, а не корону и власть. Ах, брат Йорк, если б ты знал, как горько мне видеть твою мертвую голову!

Маргарите, понятное дело, такой настрой мужа вовсе не по вкусу, она пытается встряхнуть Генриха:

– Ну-ну, дорогой, соберитесь, возьмите себя в руки. Враг близок, и ваше малодушие смутит наших сторонников. Вы ведь обещали сыну рыцарский сан, вот сейчас самое время посвятить мальчика в рыцари. Берите меч, а ты, Эдуард, преклони колено.

Эдуард, напоминаю, – это принц Уэльский, сын Маргариты и Генриха. Не путайте с Эдуардом Йоркским, сыном герцога Йорка. Очень неудобно, конечно, когда в одном произведении у персонажей сплошь одинаковые имена, но ничего не попишешь. Именно поэтому и в жизни, и уж тем более в литературе о тех временах постоянно используются фамилии и титулы: хоть какое-то разнообразие, и так можно отличить одного человека от другого.

Генрих Шестой произносит формулу посвящения в рыцари, принц Уэльский в ответ клянется, что будет биться за свое право называться наследником престола.

Входит гонец и сообщает, что Уорик с отрядом в тридцать тысяч человек приближается к городу, чтобы сражаться за права Йорков на корону, и что Эдуарда Йоркского повсюду провозглашают королем и многие перебегают на сторону йоркистов.

– Государь, вам лучше покинуть поле боя, – советует Клиффорд. – Без вас королеве как-то больше везет.

Тоже странное замечание. Совсем недавно мы слышали, как Уорик описывает вторую битву при Сент-Олбенсе, где присутствовал король и где армия Маргариты одержала победу.

Но Маргарита, тем не менее, поддерживает Клиффорда и просит короля удалиться. Однако Генрих упорствует:

– Нет, я останусь. У нас с вами одна судьба.

– Но тогда вам придется сражаться, – замечает Нортемберленд.

– Давайте, отец, подбодрите лордов, которые будут сражаться за вас, – просит принц Уэльский. – Поднимите меч и воскликните: «Святой Георгий с нами!»

Марш. Входят Эдуард, Джордж, Ричард, Уорик, Норфолк, Монтегью и солдаты.

Марш.

Входят Эдуард, Джордж, Ричард, Уорик, Норфолк, Монтегью и солдаты.

Эдуард Йоркский обращается к Генриху Шестому: или отдаешь мне корону, или будем сражаться.

– Ты со своими бабами так разговаривай, дерзкий мальчишка! – злобно произносит Маргарита. – Да как ты смеешь в подобном тоне говорить с законным королем?

– Вот уж нет, это я – король, а он теперь мой подданный, он сначала сам согласился, чтобы я стал наследником престола, а потом нарушил клятву. Говорят, что корону-то носит Генрих, а правишь вместо него ты, и ты уговорила его издать парламентский закон, по которому меня вычеркивают из списка наследников. Вместо меня там теперь числится его сын.

– И это справедливо, – замечает Клиффорд. – Кто должен наследовать отцу, если не сын?

– О, мясник, и ты здесь! – восклицает Ричард. – У меня нет слов.

– Да, горбун, я здесь. У тебя ко мне вопросы?

– Это ведь ты убил маленького Ретленда, нашего брата? – спрашивает Ричард.

– И его, и вашего папашу Йорка тоже. Но мне все еще мало.

Этого Ричард вынести уже не может и просит Уорика:

– Подайте скорее сигнал к битве! Руки чешутся!

– Ну что, Генрих, отдашь корону? – спрашивает Уорик.

– Придержи язык, болтливый Уорик! – отвечает Маргарита. – В Сент-Олбенсе вам больше пригодились ноги, а не руки.

– Да, тогда была моя очередь бежать. Но теперь – твоя.

– Ага, ты в тот раз так говорил, а потом бежал с поля боя, – ехидно вставляет Клиффорд.

– Бежал, но уж во всяком случае не потому, что вы такие храбрые.

– А потому, что у вас мужества не хватило, – замечает Нортемберленд.

В перепалку вмешивается юный Ричард:

– Брось эти пререкания, Нортемберленд, давайте уже сражаться, у меня сердце рвется отомстить поскорее злому детоубийце.

– Твой отец – не дитя, – возражает Клиффорд.

– Ты убил его, как трус, как предатель! И точно так же убил нашего маленького Ретленда! Обещаю: скоро ты пожалеешь об этом! – кричит Ричард.

Генрих останавливает их:

– Довольно, лорды! Дайте мне сказать.

– Либо ты бросаешь им вызов, либо заткнись и молчи, – шипит мужу Маргарита.

– Не затыкай мне рот. Я король и имею право говорить, когда хочу.

Но Клиффорд солидарен в этом вопросе с королевой:

– Слова тут не помогут, конфликт зашел слишком далеко. Вам действительно лучше помолчать, ваше величество.

Ричард продолжает задираться, мол, давай, палач, обнажай свой меч, или ты только на словах такой храбрый? Эдуард снова требует корону и угрожает огромными людскими потерями, если начнется сражение.

– И в этих потерях будешь виноват только ты, Генрих, – добавляет Уорик. – Потому что Йорк бьется за правое дело.

Принц Уэльский проявляет остроумие:

На что дерзкий и вспыльчивый Ричард реагирует мгновенно:

– Уж не знаю, кто на самом деле твой отец, но мать-то точно Маргарита: у тебя такой же злой язык, как у нее.

То есть Шекспир мягко и деликатно дает понять, что Ричард тоже в курсе сплетен насчет биологического отца принца Уэльского.