52. Последнее ура

Через две недели после боя Спортивная комиссия Невады сообщила, что Али провалил послематчевый тест на допинг. Анализ мочи выявил кодеин и фенотиазин – обезболивающие и антидепрессанты – в теле Али.

Боксер заявил, что принял препараты сразу после проигрыша Ларри Холмсу, чтобы ускорить свое восстановление. Даже если так, эти действия все равно рассматривались как нарушение правил комиссии, и, безусловно, Али и его команда об этом знали.

29 декабря 1980 года комиссия Невады начала слушание по делу о прекращении лицензии Али. Боксер присутствовал на слушании, но прежде чем оно началось, он добровольно отказался от своей лицензии. При этом его адвокаты утверждали, что теперь их клиент не подчиняется правилам Невады и не может быть наказан. Али пообещал, что больше никогда не подаст заявку на получение лицензии в Неваде, а комиссия, в свою очередь, пообещала закрыть слушание по делу Али и снять вопросы касательно употребления им стероидных препаратов перед боем.

Когда Невада вынудила Али уйти в отставку, вслед за этим другие комиссии могли отменить его лицензию. «Это мог быть ужасный прецедент», – сказал адвокат Майкл Феннер журналистам.

Оглядываясь назад, Али вообще не следовало сражаться с Холмсом, как заключил Сиг Рогич, который на тот момент был председателем Спортивной комиссии Невады. «Мы поспешили, – сказал Рогич несколько лет спустя в интервью. – Это было такое крупное событие… Такая большая прибыль. Я всегда старался быть объективным. Я думал, что часть нашей работы заключается в продвижении нашего города, и мы хотели показать, что Лас-Вегас был идеальным местом для таких мероприятий».

По телевизору не передавали новостей о проваленном допинг-тесте Али. Газеты по большей части печатали небольшие заметки в глубине спортивных колонок. Тем не менее это было унизительно для Али, и унижения не думали прекращаться. Словно удары Ларри Холмса, Али видел их, но ничего не мог с ними поделать.

В контракте Али говорилось, что его гонорар за бой с Холмсом будет составлять 8 миллионов долларов, но Дон Кинг выплатил ему только 6,83 миллиона, ссылаясь на то, что Али дал устное согласие внести изменения в контракт. Кинг действительно попросил Али официально изменить контракт, но адвокат Майкл Феннер отказался пойти на это. Однако Кинг настаивал, что Али дал устное согласие.

Феннер подал иск против Кинга, требуя, чтобы он дополнительно выплатил Али 1,2 миллиона долларов. Кинг уже заработал миллионы на матче, которого никогда не должно было случиться, на матче, в котором Али рисковал своей жизнью. Кинг, вероятно, знал, что проиграет, если иск Феннера будет передан в суд, но не был готов сдаваться. «Наличные владеют миром, а я король наличных» – так звучала любимая присказка Кинга. Следуя ей, промоутер положил пятьдесят тысяч долларов в портфель и поручил Иеремии Шабаззу, проповеднику «Нации ислама», доставить его Али. Кинг велел Шабаззу передать деньги только после того, как Али подпишет письмо: «Отказ от любых причитающихся мне денег или на которые я мог иметь право в соответствии с упомянутым Договором о бое».