…Джованна была глубоко оскорблена поведением папы и с того момента стала его заклятым врагом. Папа открыто и бесповоротно отогнал её от себя, сразу же показав, насколько безнадёжной и бесцельной была попытка склонить его к дружбе. Джованна с трудом перевела дыхание – кровь бросилась ей в лицо, сердце сильно билось… Да, неизвестность хуже всего. Ей хотелось исчезнуть куда-нибудь, оказаться совсем одной на краю какой-нибудь заброшенной деревушки – там, где никто не знает её, где нет дворцов, пап и кардиналов, нет ни врагов, ни друзей. Ей захотелось опять стать ребёнком, беспечно сидеть на коленях у своего деда, который, прижимая её к себе и нежно гладя по волосам, осыпал бесконечными поцелуями и показывал в небе кудрявые облака, раскрашенные заходящим солнцем, рассказывал смешные истории про принцесс и принцев, в которых всегда был счастливый конец…

Разговор их кончился, но Отто не уходил, погрузившись в размышления. Затем он поднял голову и пристально посмотрел на Джованну, пытаясь разгадать мысли жены. Потом герцог нежно поцеловал её в плечо и вышел. Королева проводила его грустной улыбкой.

В тот день Джованна после пережитых волнений долго не могла уснуть. Безудержная радость и пьянящие надежды, которыми она была полна совсем недавно, уступили место тревоге. Она лежала с открытыми глазами и думала, как решить эту столь неожиданно возникшую проблему. Королева уже ни о чём не мечтала, а просто старалась представить, что принесёт завтрашний день.

Назавтра она проснулась поздно, и отдых не подкрепил её. Отто же с раннего утра готовил встречу с кардиналом Орсини в Замке дель Ово – подальше от любопытных глаз. На этом совещании также должны были присутствовать несколько доверенных знатных особ. Голова Джованны была как в тумане – раньше она яснее представляла ход любых и даже не менее серьёзных событий, у неё всегда была уверенность в успехе, но не сейчас…

* * *

В то время как тайные эмиссары папы были направлены к Карлу Дураццо, кардинал Орсини под предлогом посещения своего родственника, графа Нолы, отправился ко двору Неаполя и попытался убедить Джованну отречься от Урбана и использовать всё своё влияние на кардиналов, чтобы назначить папой его самого. Но такое предложение королева однозначно отвергла, несмотря на свою ненависть к Урбану. Она предупредила Орсини, что это может привести к серьёзному расколу, и предложила вновь попытаться убедить Урбана провести переговоры. Женщина говорила так убедительно, а предложение её было столь заманчивым, что Орсини не смог не дать своего согласия. Он согласился с Джованной, хотя и напомнил, что Урбан – существо дикое и невменяемое.