Но работа с Варпаховским доставила много радости. Никогда больше мне не удастся столкнуться в театре с таким «тысячепроцентным» интеллигентом. Его поразительная мягкость, умение выслушивать артиста, внимание не только к народным и заслуженным, но и к «незаслуженно ненародным». Выучивание имен-отчеств артистов не было случайностью – для Леонида Викторовича это был принцип взаимоотношений артиста и режиссера.

Отгремела премьера, и потянулись серые, однообразные будни. Глухая тоска съедала меня, в голову лезли мрачные, тоскливые мысли. Все ясно: на актерском поприще мне ничего не светит. Что ж!.. Может, подумать о другой профессии? Но какой?! А изощренное издевательство руководства продолжалось…

На доске объявлений вывесили приказ о повышении зарплат. На букву «Д» среди прочих фамилий я обнаружил свою и узнал, что артисту Десницкому повышено ежемесячное денежное содержание на… 1 руб.! Это было тем более обидно, что, перейдя во МХАТ, я потерял в зарплате целых 6 руб.! И дирекция могла хотя бы вернуть мне утраченное. Ну разве это не свинство?..

Меня так и подмывало прийти в кабинет к заведующему труппой Зимину и швырнуть ему на стол заявление об уходе. Да, я совершил чудовищную глупость, покинув «Современник», ради эфемерной перспективы создать свой театр. Но исправить ошибку не мог: без мхатовской зарплаты мне не прожить. Да, у меня уже был драмкружок, и я готовился к поступлению в аспирантуру Школы-студии, что тоже обещало принести небольшой, но постоянный доход. Наконец, закончив Литературный институт, я мог бы найти себя в другой профессии. Но! Во-первых, эти перспективы маячили где-то в туманной дали, а во-вторых, все эти заработки были настолько мизерны, что не могли прокормить нас со Светой. Вот если бы я раскопал клад! Или выиграл в «Спортлото»!

На заочное отделение Литинститута я поступил по рекомендации Инны Люциановны Вишневской и уже несколько раз побывал на занятиях в семинаре В.С. Розова. Правда, учиться предстояло пять с половиной лет, но я тешил себя надеждой, что однажды напишу пьесу, которая сделает меня знаменитым. Забегая вперед, скажу: Литинститут я так и не закончил. Проучился два с половиной года и понял: кроме траты времени, занятия с В.С. Розовым ничего нового мне не дают. А поводом для принятия решения оставить особняк на Тверском бульваре послужил один эпизод.

Как-то Виктор Сергеевич дал нам задание: написать инсценировку рассказа А. Куприна «Allez!». Действие происходит в цирке. Гимнастка влюблена в красавца-акробата, который изменяет ей с какой-то барышней. Девушка застает парочку в «номерах» и тут же решает отомстить коварному соблазнителю: открывает в комнате окно, встает на подоконник, произносит обычную цирковую команду «Allez!» и прыгает вниз. Вот такой сантиментальный, незамысловатый сюжет придумал господин Куприн.