Да… Серьезное испытание пошлет мне Господь.

Неслучайные случайности

Неслучайные случайности

В жизни каждого артиста случай играет чрезвычайно важную роль. В жизни вообще трудно наперед загадывать, что произойдет в самое ближайшее время. А в театре особенно, поскольку оценки работы артиста основываются на вкусовом восприятии: «нравится», «не нравится». Объективность на подмостках, как правило, отсутствует. Конечно, все в нашей жизни свершается по Промыслу Божиему, но мы в суете сует забываем об этом и причисляем многие события в нашей повседневности к разряду случайностей. И на этот раз непредвиденное стечение обстоятельств, развернувших всю мою актерскую судьбу на 180 градусов, я счел игрой случая.

Дочь Станиславского Кира Константиновна отмечала в доме-музее своего отца какое-то памятное событие. Не помню, какими судьбами я оказался в тот вечер в особняке на ул. Станиславского. Публика уже начала заполнять Онегинский зал, как вдруг выяснилось: Н. Пеньков, который должен был прочесть несколько писем основателя Художественного театра, заболел. Кира Константиновна была в панике, и В.С. Давыдов, видевший три года назад наши дипломные спектакли в Школе-студии, предложил ей выпустить на сцену меня. Она замахала на него руками: «Молодой человек ни разу не репетировал, и я не уверена, справится ли он с такой сложной и ответственной задачей!» Владлен Семенович стал уверять, что прочесть письма мне вполне по силам, и в последний момент я все же получил несколько машинописных листков с текстом писем. До начала вечера оставалось 10 минут. «Только ничего не играйте!» – слезно просила меня дочь великого отца. Я на ходу просмотрел письма и с тревожно бьющимся сердцем вышел на сцену. Что творилось со мной! Вы не представляете, как страшно читать письма Станиславского в его доме перед публикой, которая заполнила Онегинский зал… Слава Богу, все сошло благополучно. Я ничего не играл, ни разу не сбился. Владлен Семенович показал мне большой палец, а Кира Константиновна сдержанно похвалила: «Молодец!» Участников вечера пригласили к столу, дочь Константина Сергеевича принялась потчевать нас чаем и яблочным пирогом. И тут в нашу тихую компанию ворвался Б.Н. Ливанов, сопровождаемый женой Евгенией Казимировной. «Кирочка, поздравляю! – загремел он с порога. – Замечательный вечер!» И галантно поцеловал руку хозяйке дома. «Боря! Женечка! – обрадовалась она. – Садитесь к столу!» Борис Николаевич саркастически хмыкнул: «Ты ведь, кроме чая, ничего не нальешь, а разводить сырость в желудке на ночь глядя что-то не хочется». Кира Константиновна погрозила Ливанову пальцем: «Боря! Ты неисправим!» «У в ы! – он сокрушенно развел руками. – Прости, но я хотел бы перекинуться парой слов с этим юным дарованием». И Борис Николаевич указал на меня. Сердце мое подпрыгнуло и остановилось. «Молодой человек, можно вас на минуту?» Ливанов взял меня под локоть и отвел в сторонку.