«Вера Антоновна умерла…»

«Нет!» – закричал я. Карина кинулась капать валокардин в стакан с водой. «Нет… Нет… – уже гораздо тише повторил я. – Не может быть. Я не верю…»

Поверить в то, что мама на самом деле умерла, было невозможно. Я хотел поверить, но не мог. Вернее, я понимал смысл слов, сказанных только что, но для меня это была какая-то абстракция: в принципе такое возможно, но этого не может быть. Примерно такие мысли крутились в моем отупевшем мозгу. Да, я как-то мгновенно отупел, перестал воспринимать простейшие вещи.

Вернулась Света после прогулки с собакой, и я слышал, как она в коридоре спросила сестру: «Как он?» – «Я думала, будет хуже», – ответила Карина. «Интересно, о ком это они говорят?» – успел подумать я, но, когда сестры вернулись в комнату, ничего выспрашивать у них не стал, а замкнулся в себе еще больше. Света принесла из кухни какую-то еду, поставила на стол бутылку водки. «Зачем водка? – спросил я. – Разве сегодня какой-то праздник?» Карина протянула мне полную рюмку: «Выпей. Тебе легче станет». И, хотя мне совершенно не хотелось пить в такой поздний час, я повиновался. «Позвони Боре, – сказала Светлана. – Ему сейчас тоже очень плохо». Все сегодня было очень странно: я не понимал, зачем мне звонить брату, если я говорил с ним всего лишь два дня назад. И почему ему плохо? Откуда Света может знать, что ему плохо? Абракадабра какая-то! «Позвони!» – раздался надо мной настойчивый голос жены. Господи! Неужели она не может оставить меня в покое? Светлана буквально силой вложила мне в руку телефонную трубку: «Я набрала Борин номер». – «Алло!» – раздался в наушнике знакомый голос. «Боря, это я. Привет!» – но в ответ молчание и только какие-то булькающие всхлипы. «Наверное, связь нарушена», – подумал я и стал говорить громче: «Боря, ты слышишь меня?.. Боря! Скажи хоть слово! Боря!..» В ответ опять бульканье, опять всхлипы. Мой братик плакал. Почему? Что случилось? Ах да! Я вспомнил. Ну конечно, это случилось именно сегодня. Счастливец! Пусть поплачет. А у меня застрял в груди тяжелый удушливый комок, и ни одной слезинки не появилось на моих глазах.

Боря рассказал мне, что у мамы оторвался тромб и закупорил легочную артерию. Она умерла мгновенно, без мучений. «Приезжай побыстрее», – жалобно попросил он, голос его при этом дрожал. «Завтра, – ответил я. – Как только достану денег». – «Зачем? Не надо денег. Деньги у меня есть. Приезжай так», – торопил он меня. «А у меня их нет! – разозлился я. – И знаешь, позволь мне самому решать, нужны деньги на мамины похороны или нет!»