Дождь и не думал кончаться. На дороге на восток встречались места, где были тонны слякоти. Когда мы добрались до Уджды, выяснилось, что дорога на юг стала непроходимой из-за снега. Пришлось отправлять машину на поезде в Бешар. Мы тоже поехали на поезде и прибыли в Бешар на несколько дней раньше, чем довезли автомобиль. Впрочем, всё это было не слишком важно, потому что в первый же день пребывания в Бешаре Нада заболела бронхитом. А всё потому, что решила переночевать не в главном здании гостиницы, а во флигеле на другой стороне улицы. Недавно построенная крыша флигеля протекала. Когда я утром зашёл в её номер, кровать была совершенно мокрой, и я был очень встревожен её состоянием. К счастью, её организм оказался крепким, и она быстро восстановилась.
Мы получили автомобиль и умудрились провести его через алжирскую таможню. Хотя у Нады ещё был глубокий кашель и температура, она настояла, чтобы мы поехали на юг, в Игли. Там единственными европейцами были молодой французский лейтенант с женой. Французы разрешили нам переночевать в их доме, извинялись на недостаток места и разместили Наду на кухонном столе. Впрочем, она себя чувствовала настолько неважно, что ей было всё равно, где спать. Я переночевал на соломенном тюфяке в сарае для овец. Половины крыши не было, среди ночи я проснулся. Луна ярко сияла, и её гнетущий свет бил мне в лицо. Я лежал и слушал звуки, которые издавали овцы. Утром мы увидели, что Нада спит на столе, засунув голову в духовку. Она сказала, что от тепла в духовке стала чувствовать себя лучше.
В Тагите Наде тоже везло (как утопленнику). Однажды ночью я проснулся от её истошных криков. Она стучала в моё окно. Чуть не угорела, потому что не потушила горелку в своей комнате. В три часа ночи я был вынужден идти в форт и привести к ней капитана, который был единственным в этих местах человеком, имевшим доступ к медикаментам. Он был очень недоволен тем, что его разбудили, говорил, в любом случае ничем не мог бы помочь. Но всё-таки пришёл со мной к Наде. «Таким людям, как вы, нечего ехать в Сахару», — сказал он, едва сдерживая раздражение. С тех пор отношения Нады и капитана разладились. Они так и не помирились до нашего отъезда. Когда мы вернулись в Бешар, Нада пошла в военную часть и жаловалась на капитана.
Вернувшись в Танжер, я заметил в разговоре Брайону, что после такой поездки мне захотелось купить автомобиль, чтобы ездить куда угодно и уезжать, когда вздумается. «Так купи, тебе вполне по карману», — ответил Брайон. Меня эта мысль слегка шокировала, я никогда не воспринимал себя в качестве потенциального автовладельца. Да и не относился к деньгам, как к чему-то, что надо тратить, поэтому инстинктивно откладывал и тратил самый мизер. Предложение Брайона было для меня дьявольским искушением. Сразу начал интересоваться автомобилями, сравнивать и через две недели купил новый