Но вернемся на пустующую дачу. Она, как и все в 1990-х, тоже подвергалась набегам. На первых порах неграмотное жулье лишь безжалостно разрезало полотна: искали за ними, на стенах висящими, тайные заначки или уж не знаю что. А потом картины стали исчезать.

И все мои уговоры, мольбы, обращенные к наследникам Гордеева, снять хотя бы Дейнеку, убрать «Футболистов» от греха, перевезти в Питер, где родственники коллекционера и жили, не были услышаны. Годы, болезни, занятость сплелись в обещание приехать будущей весной.

И я решил действовать сам. Неумелыми руками крест-накрест забил вход на террасу досками. Потом нанял таджиков, и они набили на доски фанеру да еще навесили здоровенный замок.

По-моему, кое-кому — без уточнений — мои попытки не очень-то и нравились. Обвинили в том, что хозяйничаю на чужом участке, да и вообще лезу не туда, куда надо.

Все мои упорные потуги оказались напрасны. Это вам не время загнивающего социализма. Брали и крали столько, сколько можно было украсть и унести. И «Футболисты» в один непрекрасный день, как и было тревожным безвременьем предначертано, бесследно пропали. Возведенные мной защитные укрепления были, наверное со смехом, разрушены. Огромный замок, сбитый элементарным топором, стыдливо валялся у входа.

Да, вы правильно поняли. «Футболистов» украли. И поиски их ни к чему не привели. И были ли поиски? В милиции от меня заявление не приняли. Картина — не моя, а когда начал нажимать, настаивать, умело и привычно осадили: «Странно, что проявляете такой интерес. И заколачивать, как сами признались, чужие двери да еще вешать замок права не имели. Это тоже можно признать вторжением в чужую собственность». До чего же гадкую пору мы пережили. Как трудно было в родном государстве без трезвого государя.

Впрочем, ничто не исчезает бесследно. Похищенные картины имеют обыкновение появляться на свет божий. Раньше они всплывали «через два поколения», теперь — еще быстрее. Годы спустя близкий петербургский друг и наследник коллекции вдруг огорошил меня: «Дейнека нашелся». Оказалось, что немалых размеров полотно хранилось у кого-то, неизвестно кого, где-то в подмосковном гараже. А потом всплыло в Германии. Имя (немецкого?) владельца неизвестно. Подтверждение слов моего безвременно ушедшего товарища я нашел в не слишком тиражном специализированном журнале для любителей живописи.

Может, Дейнека не потерян для своей Родины — России? Сколько стоят теперь «Футболисты», сказать не могу, в 1993-м их оценивали в «смехотворные» по сравнению с сегодняшним днем 30 тысяч долларов.