– Тебе приснилось это.

Ну, тут уж даже я не поверил – знаю, всякие ходят, но одно дело – наши, московские, а из Бийска сюда не добраться просто так.

– Сказал мне, – батяня говорит. – Что ненавидел меня всю жизнь, а теперь прощает.

Тут мне стало неприятно – подумал я, батя, ты только не помри, может, ему Волошин снился к тому, что скоро встретятся они в месте, где все всех простили.

– А ты чувствуешь себя нормально?

– Как космонавт.

– Что еще сказал?

– Так я потому и звоню. Сказал, что у Антона в голове муравьи живут.

– Чего?

– Так и сказал. Просил передать тебе.

– Так прям и просил?

– Да, сказал: ничего у тебя не прошу, ты только передай, что у Антона в голове муравьи живут.

Я сказал:

– Бредишь ты.

– Он при погонах приходил, ему можно.

Я сказал:

– У тебя ничего не болит?

– Хорошо все у меня, чего пристал?

И звучало правда так, бойко он говорил, и будто бы совсем здорово по звучанию, но нес бред. Не то чтоб в первый раз. Но на этот раз – бред особенный.

– Ну всё, Витька. Я тебе только сказал, что Волошин говорит.