И только я трубку повесил, как спать расхотелось. Вдруг на меня накатило дикое желание приготовить макароны по-флотски по дедушкиному рецепту. Я сказал Тоне:

– Иди отдыхай, я приготовлю вкусное, а?

Не столько есть хотелось, сколько приготовить. Сходил помыться, привел себя в порядок, вернулся и принялся за готовку. Тоня зевала, но продолжала сидеть на кухне, пока я искал тушенку, варил макароны, возил сливочным маслом по сковороде.

Получилось не легендарно, но хорошо. Сидим, в общем, с Тоней, жуем. И тут она мне говорит:

– Она рассказывала мне, как стала ведьмой.

– И как?

– Она пряталась от отца на кладбище. Ее нашла какая-то бабушка, незнакомая, когда Катерина собирала с могил конфеты и хлеб и ела. Бабушка спросила ее, хочет ли она убить своего отца. Катерина ответила, что хочет. Тогда бабушка очень сильно ударила ее кулаком в живот, так что ее вырвало, и ушла. А Катерина вернулась домой, и ночью к ней явился черт. Та бабушка передала ей силу. Вернее, возможность забрать эту силу.

– И что, она убила деда моего?

– Он от инсульта умер через три дня.

– Ну понятно.

– Только Катерина сказала, что потом передумала. И часто говорила, что тогда стоило другое сказать. Когда бабушка спросила ее, хочет ли она убить своего отца.

– И что сказать?

– Хочу быть счастливой.

– Ну, это все счастья не дает, как я понял.

Тоня поковыряла вилкой последнюю макаронину, затем отправила ее в рот.

– Она тоже это поняла.

Тут еще один вопрос вставал, тоже важный. Я сказал:

– Что-то я так и не понял, она сказала что-то по типу, что надо все забыть и жить заново. А потом просто сказала, мол, все забыть. Она собирается вселяться в нашего ребенка?

Тоня помолчала, потом сказала:

– Я не знаю.