– Жутко бесит, да?

– Не устает напоминать мне, как у нее чудесно сложилась жизнь.

– Я, конечно, не хочу, чтобы это звучало так, будто мы с Россом похожи на Джастина и Эдриана Катлеров. Ты не подумай, что я прямо так уж завидую своему успешному старшему брату. То есть я, конечно, завидую… но он реально обожает болтать о том, какие деньжищи он зарабатывает и сколько именно из них он тратит на содержание мамы. – Он снова отвернулся. Его охватили сомнения, правильно ли он поступает. Раскрывать душу – это, конечно, замечательно, но никогда нельзя с уверенностью сказать, что из этого выйдет. – Надо будет как-нибудь заскочить к ней… я не видел ее с самых похорон Алекс.

Навигатор сообщил, что через милю будет поворот, и Сю немедленно перестроилась на среднюю полосу.

– В детстве я тоже редко ее видел, – признался Миллер. – Она постоянно кочевала по больницам, так что в основном я болтался между двумя ненормальными тетушками в Ирландии. В смысле, они были ненормальные не как мама, а просто… эксцентричные. Например, Салли постоянно пела. То есть буквально все время, только, во-первых, ей медведь наступил на ухо, а во-вторых, она всегда путала слова. И не потому, что плохо их запоминала, а просто ей больше нравилось сочинять свои собственные. – Он покачал головой. – Вообще-то из них двоих она еще была самая разумная. Тетя Бриджет до сих пор, когда звонит и я поднимаю трубку, спрашивает: “Да, Деклан?” – как будто это я ей звоню. И так каждый раз. – Миллер понял, что улыбается и что у него очень хорошо на душе. – Такие они обе смешные…

– А ваш отец?

Улыбка Миллера увяла.

– Что с ним?

– Сейчас не могу точно сказать. Он много путешествует по работе. Не пойми неправильно, иногда все-таки бывали периоды, когда я точно знал, где он находится. – Он принялся загибать пальцы. – Шесть месяцев в Пентонвилле, три в Паркхерсте, две ходки в Уормвуд-Скрабс…

– Серьезно? – Сю даже отвлеклась от дороги, причем на гораздо более долгое время, чем считала допустимым.

– Он не убийца или что-то в этом роде, – сказал Миллер. – Я бы скорее назвал его “обаятельным мошенником”. Для ясности: обаяния в нем столько же, сколько во Владимире Путине или в кожных болезнях.

– Вам, наверное, пришлось нелегко. В смысле, на работе…

– Не то чтобы очень. Нет, его имя часто упоминают, и мы пару раз сталкивались. Если честно, однажды мне даже пришлось его арестовывать.

– Господи…

Миллер хмыкнул.

– Веселый выдался денек. Я надеваю на него наручники, а он орет во все горло что-то про полицейский произвол. И что я просто мщу за то, что он так и не купил мне велосипед. – Он снова покачал головой. – Мы с ним… не очень близки, но, я думаю, ты уже и сама это поняла.

Сю кивнула и снова повернула.

– Я хороший детектив. Как вы как-то сказали, тот еще землекоп.

– Ну да, но это-то тебе не пришлось раскапывать? В смысле…

Миллер изобразил, что его тошнит. Он опять забылся, совсем как в первые несколько недель после смерти Алекс, когда без особого успеха пытался выплеснуть гнев и горе. Все кругом твердили, что это обязательно нужно сделать. Консультант, с которым он виделся два раза. Сьюзан Эйкерс, Говард, Мэри, даже тот продавец газет, которому по неведомым причинам так симпатизировала Алекс. Вероятно, этому же совету последовала и Пиппа Шепард – как раз перед тем, как нашла флешку.

Миллеру было известно только, что Пиппа Шепард расстроилась и что-то разбила, но при каких обстоятельствах это произошло, он не знал и, более того, сомневался, что это знает кто-то из тех, кого там не было. Все были так рады, что нашлась потенциально важная улика, что никто даже не удосужился спросить, как именно ее нашли.

Он мысленно поставил себе галочку: “Позвонить Фионе Мэкки”.

Через несколько минут они свернули в промышленный район и припарковались возле мрачного серого здания, которое явно проектировал архитектор, страдающий приступами гнева.

Миллер поднял глаза на дешевенькую вывеску “Техстиль”.

– Не, ну ты видела?

Сю тоже посмотрела на вывеску и пожала плечами. Она ничего не поняла.

Глава 39

Глава 39

Внутренние помещения компании с креативным названием “Техстиль” резко контрастировали с прозаичным внешним видом здания. Офисы были светлые и с открытой планировкой, на стенах висели постеры, а из динамиков, вмонтированных в потолок, доносились заунывные звуки гитары. Мебель (“эргономичную”, как сказала Сю) явно создавали не для удобства, и только вокруг костровых чаш располагалась целая эскадрилья мягких, но более уютных на вид кресел-мешков – Миллер предположил, что такие зоны называются либо “островки отдыха”, либо “уголки уединения”. Примерно с полдюжины человек сидели, уставившись в огромные мониторы; кто-то копался во внутренностях разнообразных компьютеров, а кто-то стоял, тихо переговариваясь, вокруг блестящей кофеварки.

И, наконец, двое играли в настольный теннис.

– Иногда рабочий день выдается очень напряженный, – кивнув, сказал Рави (“Зовите меня Рав”) Варма таким тоном, словно он целыми днями занимался тем, что обезвреживал бомбы или пытался найти лекарство от рака. – Да и время тянется медленно, поэтому очень важно создавать расслабляющую атмосферу и давать работникам возможность повеселиться. А иногда и… подурачиться.

Миллер кивнул в сторону игроков в теннис.

– Полагаю, Барри Шепард был не первой ракеткой в офисе.

– А вот и не угадали, – сказал Варма. – Барри был сущий дьявол.

– Вы что, шутите?

– Серьезно. Барри вытряс из нас кучу денег на покупку этого стола.

Миллер был искренне потрясен – он-то думал, что человек из обучающего ролика про компьютеры вряд ли даже смотрел спортивные передачи – что уж говорить о физических упражнениях сложнее игры в блошки. Его деловой партнер тоже оказался не таким, каким его себе представлял Миллер. Варма был младше Шепарда как минимум лет на десять – и, судя по тому, как Пиппа Шепард описала своего покойного мужа, гораздо общительнее. У него были татуировки и пирсинг в паре мест. Виски выбриты, волосы на макушке растрепаны – и, хотя он был одет скорее в стиле “удобно, а не модно”, он явно потратил немало усилий на создание своего образа.

Крутя серебряный браслет на запястье, он изучающе разглядывал Миллера и Сю.

– Должен сказать, я не совсем понимаю, зачем вы пришли.

– Ну, вы уже рассказали нам кое-что, чего мы не знали о мистере Шепарде, – сказал Миллер. – И мы надеемся еще на парочку сюрпризов.

Варма кивнул, показывая, что понял его.

– Значит, вы не считаете, что Барри – случайная жертва?

– Как интересно, – сказала Сю. – Из всех, с кем мы общались, вы первый, кто высказывает такое предположение.

– Только потому, что вы здесь. Когда я все узнал, я, как и все остальные, не понял, что произошло. Мы все… были в шоке, понимаете? Потом я прочитал, что пишут в газетах, узнал, кто был второй парень, и решил, что Барри просто оказался не в том месте не в то время. – Он откинулся назад и кивнул, как будто его посетила какая-то мысль. – Но раз вы пришли и задаете вопросы о нем, очевидно, все не так просто.

Миллер уставился на него. “Даже ты…”

– Ну, так чем же занимается “Техстиль”? – спросила Сю. – Или, вернее, чем он занимался до того, как убили мистера Шепарда?

Миллера не удивило, что Сю задала совершенно правильный вопрос. Обучающие видеоролики, которые записывал Шепард, очевидно, были лишь малой частью от всей деятельности компании. Само помещение, безусловно, стоило недешево (Миллер проверил) и “дурацкий” интерьер вокруг них – тоже. А все эти ультрасовременные компьютеры, которые обслуживала как минимум дюжина работников, окончательно не оставляли сомнений, что здесь вращаются крупные деньги.

– В целом, мы занимаемся всем понемножку, – сказал Варма. – В частности, я занимаюсь системами. Проектирую, контролирую установку и все такое. Для крупных компаний, малых бизнесов, богатых детишек, которые хотят игровое оборудование круче, чем у приятелей, и так далее. В общем, все на заказ.

– А мистер Шепард?

– Барри больше занимался техподдержкой. На нем и его команде были контракты, а еще он помогал клиентам, когда у них что-то шло не так. Это могла быть любая помощь – начиная от капремонта всей системы и заканчивая индивидуальными консультациями по телефону.

– Кстати, а способ “выключить и включить обратно” реально работает? – спросил Миллер.

– Иногда, но за такие советы вряд ли кто-то будет платить большие деньги, поэтому мы предпочитаем называть это “системная перезагрузка” или “аппаратная перезагрузка”.

– На такое даже я бы купился, – сказал Миллер.

Варма улыбнулся и снова крутанул свой браслет.

– Вы не замечали в последнее время каких-либо изменений в поведении мистера Шепарда? – спросила Сю.

– Нет. Не совсем…

– Что это значит?

– Ну, каждый из нас иногда бывает немного не в себе, вы согласны? По той или иной причине.

– Мы сейчас не про плохое настроение, – возразил Миллер.

– Да… верно… – Варма задумался – или сделал вид, что задумался. – Пожалуй, он и впрямь был… немного настороженным в последний месяц или около того. И искал уединения больше, чем обычно.

– Как будто он что-то задумал? – подсказала Сю.

– Пожалуй, да. – Варма подвинул свой эргономичный стул поближе к столу. – Вы знаете, однажды мне нужно было с ним что-то обсудить, и он резко выключил экран. Как будто там было что-то, что мне нельзя видеть. Я ничего не сказал, но это прямо бросалось в глаза.