Конечно, всегда сохранялись истинные служители Бога, ревностные борцы за веру. И народ знал, уважал и любил их. Но отдельные подвижники не всегда способны превозмочь общее снижение духовного уровня основных работников. Многие русские «батюшки», при всем к ним уважении за их нелегкий труд, погрязли в мирских делах и стали проводниками воли вышестоящих инстанций как обычные светские служащие.

В чем-то аналогичный процесс произошел и с коммунистической идеологией, на время подменившей религию и ставший признаком цивилизованного сообщества, названного «советский народ». Русские поверили большевикам, поскольку, «теория Маркса о классовой борьбе и восстании пролетариата, его призыв к низвержению старого европейского государства и буржуазного общества ответила какой-то давно назревшей, затаенной мечте безграмотного русского мужика» [Франк. 1992, с.328]. Впрочем, эта мечта была не столь уж затаенной, а опиралась на практику хозяйствования в общине. Русская сельская община строилась на принципах равенства и справедливости по отношению к земле, являвшейся общим достоянием, и русские рабочие, ударная сила революции, т.е. те же мужики в первом или втором поколении, и русские рабочие, ударная сила революции, т.е. те же мужики в первом или втором поколении (и сохранившие связи с деревней), легко усвоили большевистские лозунги: «Землю – крестьянам!», «Фабрики – рабочим!». Демократичность же общины в решении насущных житейских вопросов столь же легко позволила усвоить призыв «Вся власть Советам!». Нашел отклик среди трудового народа и несколько измененный христианский принцип «Не работающий да не ест».

В дальнейшем коммунистическая идеология также выполняла аналогичные с православием функции – просвещала (в атеистическом духе), утешала (обещанием лучшей жизни если не для себя, то для потомков), придавала силу, маня мечтой о построении самого справедливого общества на земле и обольщая гордой ролью первопроходцев.

Аналогичен был и процесс разочарования в коммунистических идеалах, поскольку партийно-государственное чиновничество, погрязшее в удовлетворении своекорыстных интересов, все дальше удалялось от широких народных масс. И немногие честные коммунисты не смогли отстоять в неравной борьбе коммунистические идеалы. А поэтому коммунистическую партию никто всерьез не защищал против так называемых «демократов».

В идеальном типе служебно-домашней цивилизации не обозначена ценность «государь» или вождь», хотя в реальных обществах, носящих черты служебно-домашней цивилизации, она необходима. Воплощающие ее реальные фигуры: фараон, богдыхан, царь или «вождь и учитель», – выполняют важнейшие общественные функции: функцию высшего эксперта в процедуре социального признания и, тем самым, носителя и гаранта социальной справедливости, функцию главного хозяйственного управленца, функцию быстрого принятия решений в сложных ситуациях.